Читаем Дом Зеора полностью

— Это математик, который предсказал, что в течение ста лет, а может, и раньше, человечество исчезнет, потому что число саймов, проживающих долгую взрослую жизнь, увеличится, они будут убивать слишком много дженов, и некому будет поддерживать в нас эту жизнь. Зелерод математически показал, что единственный выход — в использовании проводников. Мы это знали уже несколько поколений, но джанкты не принимали этого… пока один из них не сделал свое предсказание и не умер в попытке пройти разъединение в пожилом возрасте.

Клид посмотрел на мальчика, все еще сидевшего на кровати.

— Теперь они это понимают, и время от времени кто—нибудь из них приходит к нам в общины. И чем их больше, тем больше пугаются Эндл и его последователи, они впадают в отчаяние… и становятся еще опасней.

— Хешри, это мой товарищ назтер Хью.

Вскочив на ноги, слово в присутствии королевской особы, Хешри поклонился и сказал:

— Для меня это огромная честь…

После испытанного внизу Валлерой очень удивился. Но ответил:

— Для меня еще большая…

Клид усмехнулся.

— Садитесь вы оба. Тот, кто заслуживает наибольших почестей, еще к нам не присоединился. — Проводник присел на корточки, чтобы его лицо оказалось в поле зрения джена. Провел рукой перед этими невидящими глазами. Джен даже не мигнул, когда Клид коснулся его носа вентральным щупальцем.

— Ну, через несколько недель в Зеоре он придет в себя.

— Он кажется одурманенным, — сказал Валлерой. Саймское слово, которое он использовал, значило скорее «напичкан лекарствами», поэтому он добавил и английское слово, чтобы было ясней.

— Да, это часть их жизни, — согласился Клид, — но даже и без наркотиков он очень неразвит. Однако даже так есть надежда. Я видел случаи похуже.

— Сектуиб, — сказал Хешри, — он к вашим услугам.

— Хешри, ты должен понять, что он никому не принадлежит. — Проводник хмыкнул, разжимая крепления ошейника. — Он личность. Думай о нем как о больном, умственно отсталом, но все же как о личности.

— Да, сектуиб.

Ошейник раскрылся с металлическим щелчком. Клид смотал цепь вместе с ним и положил в один из ящиков шкафа.

— Будем звать его Норборн, пока он не сможет сам выбрать себе имя.

— Значит, вы примете меня в Зеор?

— Нет. Дело не в принятии. Скорее это ты должен принять нас. Ты еще много месяцев не будешь готов принять такое решение. Разъединение не бывает ни быстрым, ни приятным.

— Я чувствую себя… нормально… теперь…

— Да, теперь. Но через шесть или восемь месяцев может быть по—другому. А тем временем добро пожаловать в Зеор. Утром напишу тебе разрешение на прием. Возьмешь с собой Норборна и отнесешь мою записку, а мы с Хью поедем дальше в Ибуран.

— С радостью, сектуиб.

— Спустись вниз и поешь чего—нибудь, пока мне здесь понадобятся услуги Хью. У тебя есть деньги на ночлег?

— Кажется, да, сектуиб.

— Вот возьми. — Клид достал из кармана несколько монет и положил в худую ладонь. — Голову держи высоко. Отныне ты представляешь Зеор, они внизу это знают. Следи за торговцем. Таких часто использует Эндл.

— Да, сектуиб.

Выпрямившись, мальчик вышел с гордым видом, осознав свой новый статус.

Когда дверь за ним закрылась, Валлерой торопливо спросил:

— Какие услуги?

— Когда я начну принудительную передачу, Норборн, несмотря на наркотики, может запаниковать. Хочу, чтобы вы стояли рядом и были наготове.

— Клид, вы ведь знаете, что я к таким вещам не подготовлен.

— С толпой внизу вы обошлись очень хорошо.

— Вы слышали?

— Не мог не слышать. На минуту вы меня перепугали.

— Я вам говорил, что я не…

— Во всяком случае, — решительно сказал Клид, — мне нужна помощь товарища, так что я ведь не мог отослать вас вместе с Хешри, верно?

— Если вам может понадобиться помощь, может, лучше этого не делать?

— Это необходимо. Я дал Хешри почти две тысячи диноптеров за счет запаса Зеора, их нужно восполнить от этого джена. К тому же нельзя ведь отправлять отсюда джена с напряженным полем.

— Не знаю. Это ваша игра. Что мне делать?

— Просто стойте рядом.

Клид взял джена за руку. Тот покорно прошел к кровати. Лег, и его худое тело показалось таким хрупким, что Валлерою стало его жалко.

Клид негромко заговорил — Валлерой не мог выделить ни одного слова, слышал только успокоительный гул. Проводник сел, взял руки юноши в свои, отыскал нервы и прикоснулся к ним латералями.

Глаза джена широко раскрылись. Клид колебался, продолжая говорить, пытаясь смягчить зарождающийся ужас. Затем, словно по какому—то сигналу, нагнулся и прижался губами. Юноша застыл, в его затуманенном взгляде виднелся настоящий ужас.

Валлерой был уверен, что должен что—то сделать. Он с завистью вспоминал хладнокровие и уверенность, с какими Денрау помогал Клиду. Но что на самом деле означали привычные движения Денрау, Валлерой не имел понятия. Он сделал шаг к проводнику, но тут же все было кончено.

Клид встал и устало пересел в кресло.

— Хью, позаботьтесь о нем.

Он закрыл глаза.

Не зная, что делать, Валлерой переодел юношу в запасную одежду, использовав несколько булавок, найденных в ящике. Все это время юноша оставался пассивным. Закончив, Валлерой поставил его перед зеркалом.