Читаем Дом Затмений полностью

Зуул, мужчина с холодными глазами, сложенный как каменная стена, стоял позади моего отца. Он не просто так был начальником личной охраны Атона. Зуул был яростно предан моему отцу и безжалостен в спаррингах, в которых отец настаивал, чтобы его люди участвовали. Такой преданный, что отрезал язык собственному брату, когда тот пошутил о моем отце. Его брат теперь был чернорабочим. Каждый день он рубил камень в невыносимую жару, пока не тащился обратно в свою ветхую лачугу или не падал от изнеможения, так что другим приходилось тащить его домой.

Зуул всегда крутился рядом с отцом, осматривая комнату в поисках угроз, в существовании которых я не была уверена. Грудь этого мужчины была вдвое шире нашего стола, а на бритой голове вздувались вены, спускающиеся по предплечьям.

Толпа, вернувшаяся к увеселению, как только я заняла свое место, снова расступилась, кланяясь жрецам Сол, что вошли по одному в комнату. Жрецы были не более важным орденом, чем остальные, поскольку также имели свою ценность для Сол. У служителей храма не было главы или иерархии, они были равны, каждый был частью круга, а его центром была Сол.

В их рядах не было борьбы за власть, не было раздоров или ревности, зависти или ненависти. Они были семьей служителей, которые ничего так не хотели, как угодить богине. Поэтому, когда ее Атон пригласил их, они пришли.

Отец встал, чтобы поприветствовать каждого жреца. Они низко поклонились, в то время как он едва соизволил кивнуть. Жрецы не взглянули на Атен, и мы не поклонились им. Согласно приказу отца, мы должны были ограничить все контакты с ними.

Меньше всего ему хотелось, чтобы жрецы поддались искушению одной из его дочерей. Я бросила быстрый взгляд на Ситали и не позволила себе даже взглянуть на Кирана.

Когда все приветствия были произнесены, отец попросил жрецов сесть рядом с нами. Киран занял место рядом с Зариной, достаточно далеко от меня, чтобы наши глаза случайно не встретились. Каждый из них принимал тарелки от наших слуг, которые толпились с подносами, нагруженными едой и напитками.

Прежде чем приступить к трапезе, они возвели руки к небу, распевая благодарственную молитву Сол за еду. Я заметила, как сжался рот отца, когда прислужники богини солнца не поблагодарили его, вместо этого спокойно принявшись есть.

Под столом нога Кирана мягко надавила на мою. Я выпрямилась, вытерла рот салфеткой и откинулась на спинку стула, чтобы посмотреть, что будет дальше. Жрецы редко обедали с нами. Они принимали приглашения лишь на жизненно важные мероприятия, так что чем бы ни был вызван сегодняшний прием, должно быть, случилось что-то существенное.

И если Киран посмел прикоснуться ко мне, даже при условии, что никто, скорее всего, не увидит… Дело плохо.

Я пристально осматривала Зарину, пока, почувствовав мой интерес, сестра не подняла на меня глаза. Их теплый янтарный оттенок не изменился. Ее кожа сияла, но это было не ново. Золотое платье облегало ее стройную фигуру, даже когда она сидела. Пока я исследовала черты Зарины, она изучала мои. Старшая сестра тоже не знала, в чем дело. Сол еще не выбрала ее в качестве Атона. Пока что.

Зарина прищурилась, прежде чем отвести взгляд, чтобы проанализировать выражение лица Ситали. Обе выпрямили спины, когда отец встал.

Он ударил вилкой по своему бокалу, вызывая резкий звон.

– Спасибо, что пришли в Дом солнца в такой трудный день. День, который был наполнен скорбью и отчаянием… до того, как вмешалась Сол от моего имени и от вашего.

От дерзости его слов мои ногти впились в подлокотники кресла. Как быстро он закончил оплакивать смерть Джобы.

– В королевстве Люмина появился новый Люмин. Ему дали распоряжение провести переговоры о мире и торговле между нашими землями. Моя личная охрана, двое жрецов Сол, две младшие Атены и я отправимся в Дом Сумерек, чтобы встретиться с ним. Мы уезжаем завтра, в час.

Комната наполнилась вздохами, дополняя звуками ощущение, пронзающее мою грудь. Некоторые прижимали руки к сердцу, то ли в тревоге, то ли в надежде. Я не была уверена.

Когда произошло Великое Разделение, боги раскололи землю надвое и разделили ее между своими народами. Сол построила Гелиос в унаследованной ею северной части, в то время как Люмос создал Люмину в своей нижней половине мира.

Как огненная Сол правит нашими небесами, Люмос, бог серебра и мороза, правит небом своего города. И как у Сол есть Атон, у Люмоса – Люмин, который действует от его имени. И Атон, и Люмин были наделены способностями, хотя я слышала, что у Люмина они более устрашающие, чем у нашего отца.

Наши королевства не сражались друг с другом, но когда произошло Великое Разделение, связи между государствами тоже оборвались.

Это послание меняло все. Я даже не догадывалась, как Люмин сумел доставить его.