Читаем Дом теней полностью

На краю каждой веранды между высокими колоннами стояли каменные вазы, в них росли сладко пахнущие ползучие растения и цветущие кустарники, что создавало завораживающее впечатление висячих садов. Но снаружи дом выглядел не столь декоративно и необычно: прямоугольное белое очень высокое здание с широкой зубчатой крышей и рядами выкрашенных в зелёный цвет ставней.

Где-то около полудня или чуть раньше Тайсон поехал в резиденцию отправить письмо, которым приглашал мистера Кардью — начальника полиции Занзибара — в Дом Теней.

Его машина прибыла и уехала снова, двигаясь по затенённой пальмами, посыпанной белым коралловым песком дороге так бесшумно, что ни один из обитателей дома ничего не слышал. И кроме Тайсона только слуга-сомалиец, сонный помощник садовника и дремавшая на стене над главными воротами кошка его заметили.

Он остался меньше чем на четверть часа. После этого прошло не так много времени, как наступил вечер и гости расположились в столовой при свечах.

Столовая в Кивулими была длинной узкой комнатой с рядом арок вдоль одной стены, которые отец Тайсона, Обри, переделал во французские окна. Они стояли настежь, впуская пьянящие ароматы цветов, порхающих мотыльков и прочих ночных насекомых, сгоравших в пламени свечей. Со своего места между Найджелом и Ларри Доулингом Дэни видела сад, где тени деревьев в лунном свете создавали сложную мозаику с пятнами золота из освещённых окон.

Ларри Доулинг прибыл на такси вскоре после ланча, и к своему большому удивлению Дэни обнаружила, что ей не просто приятно его видеть. Она испытала огромное облегчение, что было крайне глупо с её стороны. Она это прекрасно понимала, профессия Ларри делала его опасным для них всех. Но по каким-то непонятным причинам она чувствовала себя в большей безопасности и гораздо меньше нервничала, когда он был под рукой.

Ларри, — думала она, — никого не разочарует.

Лэш Холден приветствовал мистера Доулинга с заметным отсутствием энтузиазма и воспользовался его такси, чтобы вернуться в аэропорт и зарезервировать себе на завтра место на рейс в Найроби. В половине пятого, когда гости Лоррейн собрались к чаю на затенённой террасе под окнами гостиной, он не вернулся, но присоединился к ним позже, когда все пошли на берег моря восхищаться странными источенными ветром коралловыми глыбами и наблюдать, как садится солнце, заливая все вокруг изумительным розовым пламенем.

Он не говорил с Дэни и, казалось, даже избегал её. Она смотрела на него через широкий стол, сквозь мерцание свечей, и размышляла, увидит ли его снова. Полагаю, я всегда смогу получить работу в Америке, — думала она. — Тайсон с Лоррейн могут это устроить; у них там множество друзей, а отец Лэша — лучший друг Тайсона. Да, я смогу его увидеть. Но если миссис Гордон в конце концов решит, что он ей нравится больше, чем Эдуардо…

Дэни повернулась взглянуть на Амэлфи, которая кокетничала с Тайсоном и очаровательно дразнила Эдуардо, и её сердце упало. Она знала, что на самом деле лишь немного уступает ослепительной миссис Гордон в красоте, так как унаследовала необычную внешность своего отца, бывшего удивительно красивым мужчиной. Но неудачная причёска Ады Китчелл ей совсем не шла, так же как и её очки. Они превращали её из хорошенькой девушки в невзрачную особу, и даже выбранное платье не помогало, хотя прежде она находила его очаровательным. Короткое дымчато-серое платье с широкой юбкой, украшенной двумя огромными накладными карманами с аппликациями белых магнолий, уменьшало её тонкую талию настолько, что её, казалось, можно было обхватить одной ладонью. Она была им очарована, когда купила; но теперь оно казалось ей ужасно заурядным, как сказала бы тётя Хэрриет, «вполне подходящим для молодой девушки».

Амэлфи выглядела как угодно, только не невзрачно. Бледно-золотистый шифон идеально гармонировал с её золотыми волосами и антикварным гарнитуром из топазов в золотой оправе. Этот цвет очаровательно подчёркивал её русалочьи глаза цвета морской волны, и теперь она во всю старалась ослепить Тайсона.

Не понимаю, как мама это терпит! — обиженно подумала Дэни и, повернувшись к Лоррейн, внезапно получила ответ.

Лоррейн, одетая в хрупкое чёрное паутинное кружево с бриллиантами, была в своей собственной особенной манере так же очаровательна, как и Амэлфи, и занималась тем, что изливала все своё обаяние на Ларри Доулинга. Тот выглядел совершенно ослеплённым.

Они не могут перестать, — думала Дэни, чувствуя себя подавленной и до слез неловкой. — У них такое обаяние… Они просто пускают его в ход, и зачастую совершенно бессознательно. Они не могут от него избавиться или перестать им пользоваться, как Миллисент Бейтс не может перестать быть Миллисент Бейтс!