Шеннон Фаррел

Дом там, где сердце

На волю сердце отпусти, что мне дала,

Но в ангела напрасно я влюблен —

Он, хоть и может, не спасет меня.

Глава 1

Дублин, январь 1845

Звук выстрела разнесся по коридорам отеля. Локлейн сделал глоток воды из стакана и бросился наверх, перепрыгивая через ступеньку.

– Миссис Колдвелл, миссис Колдвелл, откройте дверь! Мюйрин! Откройте, пожалуйста! Это Локлейн Роше! – кричал он, барабаня в дубовую дверь.

Из номера слышался чей-то плач. Подергав щеколду и не добившись никакого результата, Локлейн навалился всем весом на тяжелую дверь.

– Мюйрин! Откройте, пожалуйста! – взывал он между уда­рами.

Наконец управляющий отеля «Гресхем», оглушенный звуком выстрела и суматохой, созданной в коридоре Локлейном, при­нес свой ключ. Ловким движением Локлейн быстро повернул ключ в замке и бросился в спальню своей госпожи. Там он уви­дел Мюйрин, склонившуюся над телом мужа.

По положению его головы (или того, что от нее осталось) было очевидно – Августин мертв.

– О Господи, нет, только не это! Это не могло произойти со мной! – всхлипывала молодая женщина с волосами цвета воронова крыла, раскачиваясь из стороны в сторону и не отрывая рук от лацканов пиджака Августина, словно хотела его заду­шить. – Как ты мог! Господи, ну почему! Что мне теперь де­лать? – причитала она, все более впадая в истерику, вновь и вновь повторяя одни и те же слова. Наконец Локлейн, не зная, что ему сделать, оттащил Мюйрин подальше от тела и доволь­но сильно ударил ее ладонью по щеке.

Она упала в его объятия, как тряпичная кукла. Он подхватил ее, не дав рухнуть на пол, и крикнул управляющему:

– Выделите другой номер для миссис Колдвелл! Сейчас же! Невысокий человек, изумленно глазея на развернувшуюся перед ним сцену, не слышал ни слова Локлейна.

– Я сам прослежу, чтобы перенесли вещи миссис Колдвелл. И не беспокоить ее, ясно?

– Думаю, надо послать за доктором, – неуверенно прого­ворил управляющий, кивая головой.

– Да, мистер Берне, для дамы, – суровым голосом ответил Локлейн. – Августину он уже, очевидно, не понадобится.

Управляющий с ужасом таращился на привлекательного чер­новолосого управляющего поместья. Как тому удается сохранять такое спокойствие при столь шокирующих обстоятельствах?

Взгляд серо-стальных глаз Локлейна стал немного мягче, когда он попытался успокоить мистера Бернса.

– Простите, что я так резко с вами разговариваю. Просто все должно быть законно. Полагаю, в таких случаях необходи­мо соблюсти некоторые формальности. Я попрошу вас при­смотреть за вещами.

Подняв Мюйрин, он поспешил за седовласым человеком вниз по коридору в номер у черного хода отеля, подальше от шума повозок, колесящих по оживленным улицам Дублина.

– Этот номер поменьше, но здесь есть довольно большая кровать, а под ней – низенькая кровать на колесиках. Леди не следует оставлять одну, – сказал управляющий отеля, с сожалением глядя на находившуюся без сознания девушку, которую Локлейн держал на руках легко, как пушинку.

– Она не будет одна. Я присмотрю за ней, не беспокойтесь, – заверил взволнованного мужчину Локлейн, кладя Мюйрин на кровать. – И не были бы вы так любезны, чтобы попросить доктора осмотреть ее, как только он закончит с мистером Колдвеллом?

– Да, конечно, сэр. Какая ужасная трагедия. И надо же было этому случиться в моем отеле, – пожаловался управляющий чуть не плача.

– Где бы это ни случилось, когда человек кончает жизнь са­моубийством – это всегда ужасная трагедия, – сквозь зубы заметил Локлейн, расстегивая верхние пуговицы платья Мюй­рин и снимая с нее ботинки.

– Но, конечно же, сэр, это был несчастный случай! – тяже­ло дыша, проговорил проворный маленький человечек. – Он просто чистил ружье и…

Локлейн неодобрительно смотрел на человека, глаза его вы­ражали угрозу.

– Вы хотите, чтобы я солгал, мистер Берне?

– Не то чтобы солгали, мистер Роше, скорее, выдвинули еще одну правдоподобную версию случившегося. В конце концов, его бедная молодая жена… Ей и так нелегко, ведь она потеряла мужа в медовый месяц, а еще подвергать ее ненужным сплетням и, смею сказать, скандалу.

Локлейн вздохнул.

– Я не подумал об этом. Вы абсолютно правы, мистер Берне. Сомневаюсь, что если предать огласке всю правду, то это кому-то поможет. Спасибо за вашу деликатность в отношении миссис Колдвелл. Уверен, я могу рассчитывать на вас!