Читаем Дом на цилиндрах полностью

За окном проносилась каменная стена, выкрашенная в светло-зелёный цвет, потом потянулся какой-то тёмно-коричневый помятый забор, вроде бы из металлических листов, а за ним, на фоне привычных городских построек, возникла странная картина. Наверное, это было что-то вроде фабрики, только непонятно чего: высоченные светло-жёлтые цилиндры венчались миниатюрными домиками, соединёнными угловатыми переходами с множеством небольших окошек. Наверное, там проходили какие-то транспортные линии, но более внятных идей не возникало. Огороженная территория была гигантской, но практически пустой — удивительное для Москвы дело, где каждый метр земли ценился буквально на вес золота. Значит, всё-таки здесь производят что-то нужное и важное, однако нигде не было ни дымка, ни движения, ни электрического света. Высокая красная труба и та выглядела поросшей мхом и давно не используемой. Что же это? Пока я размышлял, удивительные строения остались позади, и их сменил привычный городской пейзаж с широкими улицами, домами и не прекращаемой столичной суетой. То же, что я увидел, представлялось словно некий призрак, возникший и пропавший, но чем-то неуловимо манящий и обещающий много интересного. Хотя, пожалуй, кроме этого, по дороге мне не встретилось ничего более-менее достойного внимания, за исключением разве что множества людей, которые предпочитали путешествовать на электричке с велосипедами. Их с трудом вносили, пытались прислонить хотя бы более-менее устойчиво, но в конце концов неизменно придерживали руками или подвязывали верёвкой к ручке двери, ведущей в кабину машинистов. А ближе к моей станции рассмешил забавный щит напротив храма, выкрашенного, как ни странно, в стиле оформления железной дороги этого направления. На нём были выведены большие чёрные буквы: «Поставь свечку, чтобы путь был добрый». Приходилось лишний раз удивляться оборотистости этой братии в плане придумывания способов сравнительно честного отъёма средств у граждан.

А когда осталась позади платформа Быково, состав качнулся и начал быстро набирать скорость. Это хорошо — стало намного свежее, пусть я практически и был на месте, но в то же время начало что-то смутно беспокоить. С какой скоростью едет электричка? Вот параллельно рельсам узкое свободное шоссе, по которому мчатся редкие автомобили. Но мы их всё быстрее обгоняем. Нормально это или нет? Я не мог быть объективным в оценке ситуации, так как не часто ездил на электричках, но зародившаяся во мне паника и омерзительное липкое чувство, что опять всё не так, успело не просто прокрасться внутрь, а и разлиться по всему телу, отчего по коже стали расходиться удивительно холодные мурашки. Теперь я не праздно смотрел по сторонам, а с нетерпением ждал следующей платформы. Остановится на ней поезд или нет? Уж слишком велика скорость и не чувствуется, чтобы состав начинал тормозить.

Перед глазами замелькала выложенная узорчатыми камнями Ильинская, потом остался позади храм, где, кажется, только вчера мы встречались с Андреем, а электричка продолжала безо всяких комментариев движение вперёд. А ведь за время пути по громкой связи было неоднократно объявлено, что поезд следует со всеми остановками. Что же происходит, и не разумнее всё-таки было поехать на такси, благо денег на это более чем хватало? Я заглянул в вагон через стёкла дверей и убедился, что там всё, как и ожидалось: паника. Однако, как ни странно, народ почему-то рвался исключительно в противоположный тамбур, а ко мне неторопливо и как-то обречённо приближался тучный мужчина среднего возраста с непомерно большими очками на кажущейся совсем маленькой, по сравнению с колышущимся животом, голове. Он смотрел куда-то неопределённо вперёд и, встретившись глазами со мной, кивнул. К чему бы это? Посторонившись, я отошёл к зажатой дверьми бутылкой и убедился, что толстяк настроен поговорить, но отнюдь не из страха.

— Добрый день! Как быстро мчится поезд… — раскатисто произнёс он и натянуто улыбнулся.

— Да уж, что-то явно случилось! — ответил я и вдруг почувствовал, что очень хочу оказаться в другом тамбуре, пусть и посреди давки, только не с этим странным человеком.

— Как думаете, Кратово скоро будет?

— Мне вообще-то на Отдых, но тут всё недалеко…

— Уверен, доберётесь! Меня, кстати, зовут Лев, — он почему-то похлопал себя по животу и рассмеялся. — Скорее уж надо бы назвать медведем или бегемотом.

— Просто набрали немного лишнего веса, с каждым может случиться… — неопределённо ответил я, с удовольствием видя, что Лев медленно подходит к противоположным дверям и нерешительно заглядывает куда-то вниз.

Тем временем в толстых линзах очков попутчика отразилась название платформы Отдых, потом ещё одно и за окном снова показались гаражи и невысокие дома.

— Должно быть, близко… — Толстяк сглотнул и очень внимательно посмотрел на меня.