Полисмен приказал всем собраться в зале. Затем он рассказал, что произошел несчастный случай, но окончательно этот факт должны дать эксперты. После этого он начал всех опрашивать, кто видел или слышал этой ночью, а возможно и утром. Но, никто ничего не слышал и не видел. Говорят, что скорей всего директор поскользнулся на лестнице и упал, ударившись при этом головой о ступеньку. Многие не верили этому. Они знали, что Игорь Иванович хоть и был без руки, но был крепким и сильным человеком.

Все любили и уважали директора, многие еще долго не могли смериться с тем, что его не стало. На его похоронах присутствовали все инвалиды пансионата, и каждый принес с собой цветок на его могилу. Прощание было очень трогательным.

Не прошла и неделя, как назначили нового директора. Это был молодой человек, лет 35. Его звали Геннадий Федорович. Он не был таким добрым и заботливым, как Игорь Иванович. С первых же дней своего пребывания на посту директора, инвалиды невзлюбили его. Геннадий Федорович начал устанавливать новые порядки. Он раздражался, когда кто ни будь просто так уходил из пансионата в город, или «шатался», как он говорил без дела по территории. Он ввел новые порядки, которые сразу же не понравились многим. Кроме этого, он закупил на деньги пансионата много аппаратуры: новые плазменные телевизоры, компьютеры и ксероксы. Расположил эту ненужную технику у себя в «офисе», как он называл второй этаж дома. У инвалидов стало меньше времени для того, что бы побывать в городе. Без его распоряжения никто не мог покидать территорию пансионата. Он говорил на собраниях, которые он устраивал каждую неделю, что нечего инвалидам шататься без дела по городу. Любил выступать на собраниях и отдавать распоряжения. Словом свободные порядки превратились в казарменные предписания.

Как-то раз, один из инвалидов колясочников, задержался в городе и потому опоздал на ужин. Инвалид оправдывался тем, что ему было трудно перемещаться в местах, не предназначенных для инвалидов, и он опоздал из-за этого. Директор приказал запереть ворота и не пускать опоздавшего на территорию пансионата. Бедному парню пришлось в своей коляске ночевать на улице у закрытых дверей пансионата. Опоздавших на обед или ужин он приказал не впускать на территорию пансионата. Он лично следил за выполнением своих распоряжений. Вместе с ним появились два молодых помощника — здоровых громил. Он привел с собой новых работников, которые помогали ему наводить новые порядки. Никто даже не догадывался, что было истиной причиной всех последующих несчастий, которые обрушились на плечи жильцов пансионата.

5. Сосед

Утром в 9:30, Николая привезли в массажный кабинет. Марья Степановна сказала, что массажист Федор немного задержится. Она оставила Николая в массажном кабинете, а сама куда-то удалилась. В ожидании массажиста Николай решил немного побродить по коридору, и вдруг он услышал чей-то тихий разговор в одной из комнат. Он узнал эти голоса. Это был один из помощников нового директора и массажист.

— Плохие новости Федор.

— Что ещё?

— Возможно, мы потеряем работу. Говорят, что эта территория продаётся. Уже есть покупатель. Так что придётся подыскивать новую работу.

— Я так и думал. После смерти Игоря Ивановича не приходится ждать от государства помощи и заботы. Только он один мог защитить и постоять за пансионат, борясь с чиновниками и разными толстосумами желающими приобрести эту землю. Он был сам инвалидом, и потому знал каково это быть в их шкуре.

— А я только нашел работу, как скорей всего ее потеряю. Я случайно подслушал разговор директора по телефону. Только это между нами.

— Ты же меня знаешь. Я ведь помог найти тебе эту работу, тебя рекомендовал новому директору. Ты меня не подводи. Рассказывай, что ты услышал.

— Наш директор Геннадий Федорович в сговоре с каким-то чиновником из мэрии. Дело плохо. Этот чиновник миллионер. Он хочет купить этот особняк за гроши. Я не понял только, что значит слово «особняк», это ведь пансионат.

— А, я знаю. Когда-то эта территория и строения принадлежали одному графу. Это было его загородное поместье. Он был богатым. Все здешние земли так же принадлежали ему.

— Теперь понятно, о каком особняке шла речь. Я полагаю, что речь идет об этом пансионате для инвалидов. Только, куда же они тогда собираются жильцов вышвырнуть. Ведь речь идет об инвалидах, они же не смогут о себе позаботится, да еще и без крова над головой, и станут просто бомжами…

— Они никому не нужны. Государство у нас само по себе. Их не интересуют проблемы каких-то инвалидов, они давно уже списали их из общества. Чиновники занимаются более важными делами. Они думают только о том, как набить дополна свои карманы зеленой валютой, пополняя безгранично свои зарубежные банковские счета.

— Он еще сказал, что сам будет решать эти проблемы. О каких проблемах идет речь?

— Да, я понимаю.

— Что ты понимаешь?