В последовавшей тишине, он понял, что она пыталась вспомнить, когда солгала ему. Он также понял, что она не будет лгать и выкручиваться сейчас. И также он понял, что она захочет, чтобы кто-то поддержал и подготовил Лейна, и она готова была признать правду: что Эдвард ушел из семьи, по крайней мере, из-за двух причин, которые он не хотел вытаскивать на свет.

— Я прекратила лечение, — наконец произнесла она. — Слишком много побочных эффектов, и оно все равно не помогает. И именно это я имею ввиду, когда говорю, что тебе не стоит ввязываться не в свое дело.

— Время. Сколько осталось?

— Разве это важно?

«Значит, слишком мало, — подумал он. — Нет, думаю, что это не так, на самом деле».

— Я не боюсь, ты знаешь. Мой Спаситель возьмет меня на руки.

— Ты уверена? Даже сейчас?

Мисс Аврора кивнула и поднесла руку к коротким, жестким кудряшкам.

— Особенно сейчас. Я готова к тому, что он придет за мной. Я подготовлена.

Эдвард медленно покачал головой, а потом у него возникла мысль, что если она честно ответила ему на вопрос, то он тоже может быть с ней честным. Голосом, который мало походил на его собственный, он сказал:

— Я, действительно, не хочу снова втягиваться в дела семьи. Это почти убило меня уже однажды.

— Ты свободен в своем выборе.

— Как при выборе пыток в тех джунглях, — он смачно выругался. — Но ты же знаешь… я не могу наблюдать, как мой брат страдает. Ты и я, оба имеем определенную слабость, когда дело доходит до Лейна, только причины у нас разные.

— Нет, причина одна. Любовь — всегда остается любовью. Это ведь так просто.

Наступила тишина, и прошло некоторое время прежде, чем он смог посмотреть на нее.

— Моя жизнь разрушена, ты же знаешь. Все, что я планировал… пошло прахом.

— Ты можешь выбрать новый путь. Как насчет этого? — Она обвела рукой вокруг себя. — Нельзя спасти то, что не нуждается в спасении.

— Лейн не переживет твою потерю.

— Он сильнее, чем ты думаешь и у него есть Лиззи.

— Любовь хорошей женщины, — Эдвард сделал еще глоток чая. — На первый взгляд это кажется горьким, словно я так думаю, а?

— Тебе нет надобности быть больше героем, Эдвард. Позволь все идти своим чередом и будем надеется, что результат будет предрешен, все будет чин-чинарем. Я ожидаю от тебя, что ты не оставишь своего брата и будешь заботиться о нем, что ты не подведешь меня.

— Мне показалось, или ты сказала, что я могу больше не быть героем?

— Не дерзи мне. Ты знаешь в чем разница.

— Могу лишь ответить, что твоя вера в меня всегда меня поражала.

— Но твоя решимость, всегда хорошо срабатывала, не так ли?

Эдвард, словно прожигал ее своим взглядом.

— Туше.

— Как ты догадался? — через мгновение спросила мисс Аврора. — Откуда ты узнал?

— У меня есть свои источники, мэм. Я может и ослабел, как все говорят, но я не вышел из строя. — Он нахмурился и осмотрелся по сторонам. — Постой-ка, где те старые часы? Которые стояли на холодильнике, пока его не заменили?

— Которые щелкали?

— Помнишь, этот звук? — Они оба рассмеялись. — Я ненавидел его.

— Я тоже. Но именно сейчас я отчетливо вспоминаю его. Они уже давно сломались, но я скучаю по ним. Смешно, жалеть о потери того, что ты фактически ненавидел.

Он выпил чай со льдом до конца, потом произнес:

— С моим отцом это не сработает.

Мисс Аврора разгладила края своего передника.

— Не думаю, что многие скучают по нему. У каждого есть своя причина — не сожалеть о нем.

Эдвард встал и с пустым стаканом подошел к раковине. Поставил его вниз, выглянул в окно. Гаражи виднелись через дорогу, а слева у выхода из дома, виднелось крыло бизнес центра, которое было больше, чем хороших размеров особняк.

— Эдвард, отпусти все. Что будет, то будет.

Наверное, это был хороший совет, но он был не в его характере. Или, по крайней мере, прежде это было не в его характере.

И похоже, все выглядело так, что он был все еще жив, нежели мертв.

Глава 31

Лимузин Саттон подъехал к главным воротам Истерли и остановился, она нахмурилась и наклонилась вперед к водителю.

— Думаешь, нам стоит заехать?

— Да, мэм, думаю, что да. Путь открыт.

Обычно, при официальном посещении, как прощание с Уильямом Болдвейном, в имение Брэдфордов караваном шли автобусы вверх-вниз по холму с приглашенными, оставляющими свои машины на парковке у основания холма. Но никаких парковщиков она не заметила. А также она не заметила автобусов, поднимающихся или спускающихся. Дорога к холму была пустой.

Но, по крайней мере, нигде не было видно журналистов. Несомненно, эти стервятники расположились на ночлег по близости с того момента, как была опубликована история о банкротстве. Однако, они видно испугались заходить на частную собственность семьи, используя их землю, чтобы обосноваться на ночь.

— Я не могу поверить, что никого нет, — пробормотала она.

Ой, подождите, Самюэль Теодор Лодж позади нее ехал в своем кабриолете.

Она открыла окно и высунулась.

— Самюэль Ти?

Он махнул ей рукой.

— Мисс Смайт. Как вы?