Читаем Долгое прощание полностью

Горы действительно производили сальное впечатление.

– Сколько поездов в день уходят в Родезию? – спросила Анна Беденфельд.

– В день? – засмеялся Райс. – Но, дорогая мисс Анна, в Родезию идут всего три поезда в неделю. Понедельник, среда, суббота. Кстати, в Фоллы мы приедем не раньше следующей субботы.

– Как хорошо мы узнаем друг друга за это время, – сказала миссис Блейр ядовито. – Сколько времени вы собираетесь оставаться в Фоллах, сэр Юстус?

– Это зависит от многого, – сказал я уклончиво.

– От чего?

– От того, как идут дела в Йоханнесбурге. Сначала я предполагал остановиться на парочку дней в Фоллах, которые никогда не видел, хотя это уже мое третье посещение Африки. Я собирался ехать в Йоханнесбург и выяснить положение в Ранде. Дома, вы знаете, я считаюсь авторитетом по вопросам южноафриканской политики. Но, как я слышал, Йоханнесбург сейчас не особенно приятное место для посещения. Я не хочу изучать положение в разгар гражданской войны.

Райс улыбнулся немного снисходительно.

– Я думаю, что ваши страхи преувеличены, сэр Юстус. Никакие особенные опасности не грозят вам в Йоханнесбурге.

Женщины тотчас взглянули на него, как будто хотели ему сказать: «Какой же вы герой!» Это меня очень раздражает. Я нисколько не уступаю ему в смелости, но у меня неподходящая для героя внешность. Я завидую этим высоким, худощавым, загорелым героям.

– Я полагаю, вы поедете туда? – сказал я холодно.

– Очень может быть, мы могли бы даже путешествовать вместе.

– Я не уверен, что не задержусь немного в Фоллах.

Почему Райса так волнует, буду ли я в Йоханнесбурге? Его, по-моему, интересует Анна.

– А каковы ваши планы, мисс Беденфельд?

– Это зависит от многого, – сказала она сдержанно, явно копируя меня.

– Мне хотелось бы, чтобы вы остались секретаршей, – запротестовали.

– Но я же была отстранена. Весь день вы берете за руку мисс Петигрю.

– Клянусь, я не делал этого, – уверял я ее.

Только что отъехал из Кимберли. Райса снова заставили рассказать историю кражи алмазов. Почему это так интересует женщин? Наконец-то Анна Беденфельд сбросила с себя маску. Оказывается, она корреспондент газеты. Сегодня утром она послала огромную телеграмму. Судя по бормотанию, которое всю ночь доносилось из купе миссис Блейр, она читала ей все свои статьи за год. Кажется, она все время выслеживала «человека в коричневом костюме». Очевидно, она не смогла поймать его на «Килмордене», и вряд ли это было в ее силах, но сейчас она занята составлением телеграмм в газету на тему: «Как я путешествовала с убийцей» и выдумыванием воображаемых историй под названием «Что он мне сказал» и т.д. Я знаю, как создаются подобные вещи. Я сам занимаюсь этим в своих «Воспоминаниях», если Пагетт мне разрешает. И конечно, искусная свора лорда Несби расцветит эти рассказы так, что, когда они появятся в «Дейли Баджет», Рейберн сам не узнает себя. Девочка очень неглупа. Она самостоятельно определила личность женщины, убитой в моем доме. Это была танцовщица, которую звали Надина. Я спросил Анну Беденфельд, уверена ли она в этом? Она сказала, что уверена и что все это результат умозрительного метода, совсем как у Шерлока Холмса.

Однако я думаю, что она телеграфировала об этом лорду Несби как об абсолютно доказанном факте. У женщин есть интуиция – я не сомневаюсь, что Анна Беденфельд права в своей догадке, но называть это дедукцией просто абсурдно. Как ей удалось проникнуть в редакцию, выше моего понимания. Но она принадлежит к тому типу женщин, которые могут сделать все. Против нее невозможно устоять. Она очень ласковая и очень спокойная, но за этим скрывается огромная сила воли и решительность.

Вспомните, как она попала в мой вагон. Я начинаю кое-что понимать. Райс сказал, что полиция считает, будто Рейберн поехал в Родезию. Он мог сесть на поезд в Понедельник. Полиция дала знать по всей железнодорожной линии, но обнаружить Рейберна не удалось. Конечно, это еще ни о чем не говорит. Это весьма хитрый молодой человек и хорошо знает Африку. Он мог переодеться, скажем, кафрской женщиной, а полиция продолжает искать симпатичного молодого человека со шрамом, одетого в европейский костюм. Я всегда не особенно верил в этот шрам.

Как бы там ни было, Анна Беденфельд выслеживает его. Она ищет славы для себя и «Дейли Баджет».

Молодые женщины теперь такие хладнокровные. Я намекнул ей, что это не женское дело. Она посмеялась надо мной и стала уверять, что, если она выследит его, ее будущее обеспечено. Райсу это, однако, не нравится. Может быть, Рейберн тоже в этом поезде? И если так, мы все можем быть убиты в наших кроватях.

Я сказал об этом миссис Блейр, но ей, как мне показалось, это очень понравилось. Она заметила, что, если я буду убит, это будет неплохой сенсацией для Анны.

Сенсацией для Анны, ничего себе!