Читаем Долгое ожидание полностью

Мне показалось, что Такер решил поставить точку прямо сейчас. Ему бы это удалось, если бы Линдс не поднял руку и не остановил его. Глаза Такера между бинтами превратились в маленькие раскаленные угольки, и он смотрел так, словно хотел убить меня взглядом.

— Черт возьми, мы должны арестовать его! Линдс, если ты выпустишь…

— Заткнись. Мы не имеем права арестовать его сейчас. Если я попытаюсь это сделать, адвокат добьется его освобождения через пять минут. — Он опять повернулся ко мне. — А ты оставайся в городе. И помни, я всегда у тебя за спиной.

Меня прямо распирало от желания что-нибудь шепнуть ему в ответ.

— Ты тоже кое-что запомни. Всякий раз, когда ты протянешь ко мне свои руки, я буду бить по твоим ослиным ушам. Разок ты уже попробовал, и теперь знаешь, какие ощущения тебя ожидают. Это также касается и вон того чучела.

Кто-то чуть не задохнулся от гнева.

Кто-то выругался.

Врач велел всем выйти, и сестра закрыла дверь. Он показал на шкафчик.

— Вы можете одеться и идти, если хотите. Но мой вам совет: останьтесь здесь ненадолго. Ничего страшного у вас нет, но небольшой отдых не повредит. А вообще-то я не представляю, как вы выпутаетесь.

— Выпутаюсь, — заверил я его.

— Желаю удачи. Главное — не лезьте на рожон.

— Да уж постараюсь. — Я сел в кровати и потрогал затылок. — А что у меня с черепом?

— Четыре шва. Зайдите через недельку ко мне, я сниму их.

— Вы слишком щедры, — мрачно пошутил я.

Врач улыбнулся.

Я оделся и спустился к окошку, где с меня взяли двадцать и вернули пять. Ноги у меня подкашивались, в голове будто кто-то сидел и пинал изнутри по черепу, но ароматный ночной воздух немного восстановил мои силы.

Луну и звезды затянуло покрывалом облаков, и было темно, как в преисподней. Молодой человек беспокойно вышагивал перед входом в родильное отделение. Когда я открыл дверь, он с надеждой поднял голову, но, увидев меня, опять заметался как волк в клетке. Я спустился по лестнице на тротуар и взял курс на огни, которые обозначали центр города.

Тлеющий окурок сигареты описал в воздухе дугу и исчез в траве у сточной канавы, пара тяжелых башмаков застучала по асфальту у меня за спиной, подстраиваясь под мой широкий размеренный шаг.

Бдение началось. Линдс повис у меня на хвосте.

Впрочем, парень, что шел за мной, был не Линдс, но все равно это был коп. Я начал думать, что в этом городе вообще нет маленьких полицейских. Тот, который тащился сзади, был прямо-таки бочкой на ногах, раскачивавшейся из стороны в сторону как огромный маятник. Он оказался таким хорошим копом, что мне потребовалось почти два квартала, чтобы избавиться от него.

Войдя в город, я остановился у аптеки и забрался в телефонную будку. Я набрал номер отеля и попросил позвать Джека. Когда он взял трубку, я сказал:

— Это Макбрайд. Ты помнишь того цирюльника, что стриг меня сегодня?

— Конечно. Его фамилия Луц. Мы зовем его Луц-Туц. А зачем он вам?

— Да так, простое любопытство. Спасибо.

— Не за что. Кстати, откуда вы звоните, мистер Макбрайд?

— Из телефонной будки.

— О!.. — Казалось, что он удивлен.

— Что — «о»?

— Вы видели вечерние газеты?

— Нет, черт возьми. Я только что из больницы. Мне осматривали голову.

— Тогда вам следует взглянуть на них.

Он повесил трубку прежде, чем я успел спросить его о чем-нибудь еще. Около аптеки я купил газету и понял, что он имел в виду. Вся первая страница была кашей, сварганенной на скорую руку, потому что статью, которую предполагалось тут напечатать, явно изъяли в последнюю минуту. От нее остался только столбик в одну колонку, и можно представить ярость наборщика, которому пришлось работать сверх положенного времени. Заголовок гласил: «Полиция задерживает подозреваемого в убийстве». И далее шла сама заметка: «Сегодня утром полицией был задержан бывший житель Линкастла Джони Макбрайд, обвиняющийся в убийстве окружного прокурора Роберта Минноу. Как вы помните, пять лет назад Роберт Минноу вел расследование деятельности заправил игорного бизнеса, которое грозило вылиться в самый сенсационный процесс нашего времени. Тогда Макбрайду удалось бежать из города. Сегодня же Макбрайд был отпущен после допроса. Капитан Линдс отказался прокомментировать свои действия».

И все, дорогие мои. Ни больше ни меньше. Моя песенка еще не спета… пока. Я улыбался, пока не свело скулы. Потом вспомнил, зачем, собственно, приехал, вернулся в будку и нашел в телефонной книге номер Луца-Туца.

Парикмахера не было дома. Мне назвали бар, где я мог найти его. Я заплатил таксисту доллар, чтобы он доставил меня туда. Войдя в бар, я увидел Луца в кругу благодарных слушателей. Он рассказывал им со всеми подробностями то, чего никогда не было: как он практически в одиночку поймал этого Макбрайда.

Врал он просто-таки вдохновенно. Я стоял и глядел на него до тех пор, пока он не поперхнулся, как будто в горле у него застряла кость. Он поверил всему, что прочел в моих глазах, губы у него посинели, глаза закатились, и бедняга замертво рухнул на пол.