Читаем Долг старших полностью

– Я чашки занесу травнику, госпожа Сапфо, не волнуйтесь. А это… – пацан замялся. Он надеялся в конце разговора поинтересоваться о работе, но дурацкий бородач скомкал запланированное! Но и ждать другого случая – когда тот еще настанет? Амур прижал к груди посуду. – Госпожа Сапфо, а… а у вас, случаем, не будет для меня работы какой-нибудь? Я там это, животных могу… э… ухаживать за ними, чистить, мыть, дрова колоть, да что угодно. Ну, вдруг…

Сапфо пристально взглянула на мальчишку, подумав, проговорила:

– Я посмотрю, что можно придумать.

– Это, спасибо, – Амур стушевался и, попрощавшись, поспешил прочь. Не сделал ведь хуже? Кто ж разберет.

__________. __________

Сапфо смотрела вслед прыткому босяку, не торопясь вставать с теплых ступеней. Перед ней гомонила толпа, торговцы отпускали товары, спорили покупатели, пытаясь сбить цену, лихо проезжали телеги, эйдосы торопливо вели в поводу кшанов и безрогих кинларий. Торговая площадь жила своей стремительной жизнью.

Жаль было Сапфо мальчишку, любознательного и наивного. И откуда же берется столь много беспризорников? Ведь по воле Богов женщина может родить лишь трижды за свою долгую жизнь. И несмотря на ограничение, матери оставляют детей на ступенях Храмов, бросают на попечение приютов, из которых малолетки сбегают в поисках лучшей жизни, а затем вступают в местные банды, воруют и побираются.

Сапфо часто задавалась вопросом, почему родители приняли решение бросить ее, но ответов, естественно не нашла. Наверное, была на то веская причина… Что ж, чего бы добилась Сапфо, расти она под крылом семьи? Может быть, не стала бы магом с золотыми нашивками, может быть, не встретила бы Аркалан…

57 лет назад

– Мама? – размазывая слезы ладонью, девочка пяти лет в грязном разодранном платье ухватилась за юбку проходящей мимо женщины. Та вырвала подол и ускорила шаг, делая вид, будто не заметила ребенка. – Мам?

– Может, выкинуть ее за стену? – тихо спросил стражник у своего напарника, кивая на отошедшую от ворот вглубь города чумазую маленькую темную эльфийку.

Напарник пожал плечами.

– На попрошайку не похожа… Платье вроде приличное когда-то было. Сард, он же вчера дежурил, сказал, что ее выкинули с телеги давеча. Она провалялась под стеной полночи, но на перерождение не ушла. Очухалась вроде, просидела под дождем до утра. Теперь вот сюда ее принесло… на нашу заботу, – человек поскреб заросший щетиной подбородок. – Если к вечеру не подберет ее кто-нибудь, придется ведь тащить в приют…

Молодой светлый эльф в броне стражника покачал головой и сплюнул на землю.

– Вот не было печали. Мож, за ворота выкинуть?

Оба тяжело вздохнули. Вопрос повис в воздухе.

– Мама… – приставала к прохожим девочка, плача и не зная, что делать. Кто-то щедро сунул в ладошку пару монет, сразу же выпавших, – ребенок не понимал ценности денег.

Светлая эльфийка с короткими золотистыми волосами удивленно смотрела на приставшую к ней девочку.

– Э… я не твоя мама, – пояснила она, растерянно озираясь. Попыталась оторвать от себя маленькие ручки, но те намертво вцепились в ткань ее брюк. – Эй, тут ребенок потерялся, – окликнула девушка мявшуюся невдалеке стражу.

– Она тут с утра, – лениво отозвался служитель закона. – Скорее всего, брошенка.

– Ну так в приют ее оттащите, – строго проговорила короткостриженная светлая эльфийка.