Читаем Доктор Дэвид Хантер полностью

Когда смысл ее слов дошел до меня, у меня по спине побежал холодок, не имеющий ничего общего с уличной прохладой. С самого начала предполагалось, что пропавшая жена Траска стала жертвой Лео Уиллерса. Но если мы ошиблись в этом, следовало сомневаться во всем остальном. Исчезновение Эммы Дерби дало начало всему, но, в отличие от других жертв, ее тело отсутствовало.

Что, если сестра Рэйчел виновна больше, чем только в шантаже?

— Как вы хотели бы, чтобы я поступил?

Кларк оторвала взгляд от катера у причала.

— Как только дадите показания, уезжайте в Лондон.

— В Лондон? — удивился я. — У меня не все закончено в морге.

— Это подождет. Вы слишком во всем увязли. Мне не нужны осложнения из-за того, что мой консультант связан с родными жертвы. В данной ситуации это вовсе ни к чему.

— Но я бы мог…

— Мне этого не нужно, доктор Хантер. — Голос Кларк внезапно посуровел. — Я ценю, что вы сделали. И понимаю, что хотите помочь поймать преступника. Но это не в ваших силах. С этого момента позвольте нам действовать самим.

Я собирался возражать, но увидел, как напряглось ее лицо, вспомнил Ланди, и все аргументы улетучились.

— Хорошо.

Кларк уже собралась уходить, но обернулась.

— И вот еще что: я буду вам признательна, если до того момента, когда что-то прояснится, вы откажетесь от контактов со всеми, кто причастен к расследованию. Я имею в виду всех и каждого. Договорились?

Она взглянула на меня из-под рыжеватой пряди волос, желая убедиться, что я все понял. Затем круто повернулась и направилась к катеру.

Подо мной, на исчезающей под водой отмели чайки шумно добивали последних крабов.

Погода все более портилась, когда меня переправляло на берег судно морского подразделения полиции. От порывов ветра дождь стелился почти горизонтально, смешиваясь с брызгами из-под тупого лодочного носа. Защиты от разгула стихии на палубе не было и, несмотря на водонепроницаемую куртку, которую мне ссудили перед отплытием, я не мог сдержать дрожь. Плотный ярко-желтый пластик не имел подкладки. Полицейские обращались со мной с вежливой отстраненностью, но это меня устраивало. Разговаривать не было настроения. Сторожевик, на котором уплыли Кларк и Фреарс, был размером больше и следовал в бухту, где было глубже, откуда тело Ланди повезут в морг. А суденышко морского подразделения полиции взяло курс на устричную бухту, где разместился мобильный пункт управления кризисными ситуациями. За нами на буксире прыгала на волнах лодка, на которой мы с Рэйчел и Ланди приплыли в форт.

Это было, казалось, невероятно давно.

Насупленное небо подгоняло день к преждевременным сумеркам, когда наше суденышко ткнулось носом в причал. Я поднялся по тем же ступеням, что в тот день, когда мы выловили в устье труп. Было что-то нереальное в том, как я шел по грязному бетону к полицейскому фургончику давать официальные показания. Там не мог сосредоточиться, и женщине-офицеру, которая проводила дознание, приходилось не раз повторять свои вопросы.

— Извините, что вы сказали? — Я в который раз понял, что снова уплыл куда-то мыслями.

— Спросила, не хотите ли показаться врачу. — Лицо молодой полицейской хранило профессиональную сосредоточенность. — Вы могли пострадать от шока.

Мог. Но врач мне не требовался. Единственный человек, которого я хотел видеть, была Рэйчел, но я не знал, как с этим разобраться. Ее, должно быть, уже отпустили домой, но ехать в Крик-хаус было бы не лучшим поступком, коль скоро Кларк недвусмысленно предостерегла меня против этого. Но что бы ни говорила старший следователь, я не мыслил отъезд без того, чтобы хотя бы не переброситься несколькими словами с Рэйчел. Выйдя из фургончика, достал телефон и, укрывшись от дождя в заколоченной устричной фабрике, набрал номер. Вызов переключился на голосовую почту, я попросил мне перезвонить и стал думать, что делать дальше.

На меня снова нахлынуло уже испытанное оцепенение. Я понимал, что Кларк будет недовольна тем, что я попытался связаться с Рэйчел, но теперь мне это казалось неважным. Разумом я понимал, что моя изоляция не навсегда, — лишь вопрос времени, когда все, что случилось, как-то утрясется. Но теперь я действовал, словно на автомате, концентрируясь лишь на том, что было передо мной.

И первейшей задачей считал, как добраться до эллинга, где оставил машину. Ни один из полицейских не предложил меня подбросить. И даже если бы мне хотелось их просить, я бы не стал этого делать в такой момент. Несколько минут стоял под дождем, слушая, как капли колотят в пластиковый капюшон моей взятой взаймы куртки, пока не понял, что ответ очень прост.

Один из полицейских отвязывал от катера морского подразделения лодку Трасков, и я вызвался доставить ее к эллингу, откуда будет легче забрать. Последовали короткие переговоры по рации, но у полицейских были более важные дела, чем буксировать хозяевам их судно.

— Уверены, что справитесь? — спросил меня сержант, глядя на белые гребешки катящихся по устью волн.

— Я же только вдоль берега.