Читаем Догадка Ферма полностью

Венсану Вуатюру было около сорока пяти лет. Простолюдин, сын виноторговца, он стал самым модным поэтом при дворе. Королева часто принимала его. Гастон Орлеанский предложил ему должность мажордома сестры короля и пенсию (в десять тысяч ливров. Вуатюр стал человеком богатым и респектабельным. Однако, невзирая на свое состояние и славу), этот остроумный поэт подружился с Луи, когда тот был еще безвестным нотариусом. Именно он, явившись однажды в контору его отца, чтобы подписать контракт, предложил Луи отправиться вместе с ним к маркизе де Рамбуйе, в знаменитую Голубую комнату. И это благодаря ему Луи познакомился со своей будущей супругой Жюли де Вивон.

Невысокий, но хорошо сложенный, с приветливым и всегда напудренным лицом, тщательно завитыми и надушенными волосами, Вуатюр являл разительный контраст со своим спутником, маркизом де Пизани, хотя последний тоже отличался маленьким ростом. Но сын мадам де Рамбуйе был скрючен, горбат и уродлив. Несмотря на эти физические изъяны, Леон д'Анжен был лучшим из людей. Он обладал и сердцем и умом. И был самым смелым воином в «Белом Штандарте» герцога Энгиенского, поражая боевых товарищей тем, что абсолютно не ведал страха.

Увидев Фронсака и Тийи, оба устремились к ним, чтобы нежно обнять их. На брата мадемуазель де Шемро они не обратили никакого внимания.

— Что ты здесь делаешь, Луи? — спросил Пизани.

— Мы с Гастоном собирались поиграть, но нас не впустили.

Пизани нахмурился. Сам он и Вуатюр считались завзятыми игроками, однако ему было известно, что Луи не играет никогда. О Гастоне же он знал одно — тот полицейский! Маркиз сразу понял, что этот необычный визит имеет какую-то особую причину.

Он повернулся к бретеру:

— Шарль, почему эти люди ожидают в холле?

— Моя сестра просит впускать только своих друзей, — ответил заметно смущенный шевалье де Шемро. — Я не знал, что эти господа принадлежат к числу ваших.

Он поклонился.

— Не только к числу наших, — сказал Пизани, не скрывая гнева, — мсье де Вивон входит в ближайшее окружение герцога. Я имею в виду мсье д'Энгиена. Он также верный слуга монсеньора Мазарини и королевы, а прежде столь же верно служил покойному королю. Мсье де Вивон лично знает всех, кто имеет вес при дворе.

Бретер слегка порозовел. Осознав свой промах, он склонился еще ниже и отступил в сторону, освобождая проход.

На лестнице Луи спросил, есть ли у Пизани какие-нибудь известия о Монтозье.

— Я только что узнал, что его взяли в плен. Он не ранен? Жюли, должно быть, в отчаянии.

— Моя сестра? Чтобы потревожить ее сердце, нужно что-то более существенное, — иронически произнес Пизани. — Но успокойся. Монтозье прекрасно себя чувствует, хотя и не добился столь желанной ему славы. По просьбе матушки, сицилиец выторговал его возвращение в обмен на несколько мешков с полновесными и звонкими монетами. Наверное, он вернется в Париж на следующей неделе. Впрочем, именно поэтому Энгиен отпустил меня пораньше. Сам он и его дворяне лишь через две недели переберутся на зимние квартиры.

На просторную площадку выходили две двери с двойными створками. Все четверо на мгновение остановились.

— Вы не покажете нам это место? — спросил Луи. — Мы тут ничего не знаем.

— Полагаю, ты не только играть пришел сюда, Луи? — с лукавой улыбкой осведомился Вуатюр.

— Я тебе потом расскажу. К твоей матушке я заеду на будущей неделе, — добавил Фронсак, повернувшись к Пизани. — Если ты будешь у нее, я и тебе объясню причины этого визита. Пока могу вам сказать одно: мы хотим посмотреть, что здесь происходит, и познакомиться, если возможно, с мадемуазель де Шемро.

— С самой Прекрасной Блудницей! Какие претензии! — усмехнулся Вуатюр. — Беседовать с ней — необыкновенная и редчайшая привилегия! Даже если вам это удастся, вы оба не будете разочарованы: она женщина очень простая, очень приятная… и очень ловкая. Утверждают, будто у нее ничего нет, зато я считаю, что она имеет десять тысяч ренты в купюрах ума! Богатство, которым не завладеет ни один кредитор.

— О ней много чего рассказывают, — осторожно вставил Гастон.

— В самом деле. Некоторые полагают ее добродетель суровой, другие весьма податливой, — игриво пошутил Пизани. — Но, раз вы хотите все осмотреть, следуйте за нами! Тут все очень просто, на втором этаже лишь два салона: справа играют в карты и кости, слева — в фортунку, триктрак и рулетку.

Они вошли в салон справа. Это была просторная комната с дюжиной столов, накрытых камчатными скатертями. Занята была только половина, причем за каждым столом сидели трое или четверо человек, игравших в басет или ландскнехт. Среди них было лишь три женщины. Внутреннее убранство сводилось к зеркалам. В большом камине потрескивал огонь. Несколько лакеев на первый взгляд занимались свечами, но по их телосложению, напоминавшему ярмарочных борцов, Гастон угадал, что они главным образом присматривают за игроками.