Читаем Додо полностью

Это случилось, когда они с Хуго уехали пожить в деревне. Ксавье возвращался из бассейна, не переодев мокрых плавок. Что было строжайше запрещено. Поэтому он тихонько пробрался в дом и застал там перебранку между двумя взрослыми, которые оспаривали его друг у друга, — и именно так, совершенно неожиданно, он узнал тайну своего рождения, в приюте для душевнобольных, от матери, которая так радовалась его появлению, что желала ему смерти, и отца, которым был не Хуго, а Поль, грубый, жестокий пьянчуга, вызывающий у него страх. Отец, которого его мать убила, и тем не менее он был здесь, как грозящий призрак. «У меня есть права на него. Ты выставил его мать на улицу, но от меня так легко не избавиться!»

Страх Хуго привел мальчика в ужас. Действовать следовало быстро. Той же ночью он тайком остался бодрствовать, пока все в доме не уснули. Он перетащил канистру бензина из гаража к комнате, где Поль храпел, выпуская винные пары. Спичка чиркнула. Поворот ключа. Заперто.

Огонь ограничился одной комнатой. Целый и невредимый Хуго нашел ребенка, уснувшего под деревом в глубине сада, и увез его в Париж.

Они никогда больше не возвращались в эту деревню. Хуго никогда больше не заговаривал с ним ни о той ночи, ни о пожаре, ни о Поле. Как если бы ничего подобного в действительности не существовало.

Кроме страха, и одиночества, и материнской тени, которая преследовала его повсюду, потому что он искал ее среди всех оборванцев города.

Он узнал меня в тот день у магазина «Прентан», и пошел за мной, зачарованный, еще не веря себе, еще не задумав бессмысленную резню: но это не смогло ничего изменить ни в привкусе, ни в ходе его жизни, это не помогло изгнать демонов. Я думаю, он убивал других, чтобы не убить меня. Я думаю, он хотел, чтобы я почувствовала его страх и его одиночество и, конечно, чтобы я наконец узнала его. Мать… И вместо этого… Как он сказал?

— Просто смех, правда. Я здорово тебя завел. Скажи, он здорово тебя завел, этот красавчик Ксавье. И тех других — я их тоже здорово завел. Сейчас сама увидишь. Теперь–то я умею. Они научили меня своим маленьким хитростям. Сейчас покажу. Я готов.

Я тоже была готова. Я была быстрее, вот и все. Я не хотела, чтобы он мучился, и он не мучился. Очень чистенькое самоубийство для свихнувшегося серийного убийцы. Выстрел в упор и маленькая пуля в сердце. Огромная дыра в моем навсегда. И не делай вид, что стучишь зубами, тебе и стучать–то нечем, Жюль.

Они сидели втроем, прижавшись друг к другу, на набережной Сены и ловили бледные лучи зимнего солнца. У старшей, которая только что закончила рассказ, был такой вид, словно она едва очнулась после долгого сна. Глаза ее слезились, как бывает у стариков. Она вытерла сопли простым движением локтя, без всякой надежды перевернула пустую бутылку, проверяя, не осталось ли внутри пары капель, и заявила без всякой уверенности в голосе, что пора двигаться.

— Одну штуку про тебя точно можно сказать, Доротея. Воображение у тебя есть, — прервала ее молодая беззубая девица, в чьей жизни, судя по виду, были только зимы и ни одной весны. Мужской пиджак, пальто и дырявый плащ поверх со всей очевидностью не могли ее согреть, но выглядывавший из под этой кучи уголок немного раскосого глаза блестел детским ожиданием.

Третья, красномордая коротышка с длинными черными волосами, рассыпанными по плечам, и плоским безмятежным лицом, скорчившись под одеялом, вырезанным в форме пончо, с задумчивым видом глядела на Сену:

— В твоей истории есть дыры.

— И не только в ней, достаточно на тебя глянуть.

— Да нет, серьезно. Ты забыла про тех двоих, как их там, Салли и Робер. А мафия и этот мужик из киношки, ну как его? Хуго. Чего–то не сходится.

— Наоборот, все отлично сошлось. Я отдала все свои деньги Салли и Роберу. Они теперь сторожа у Хуго. Смотрят телик целыми днями. А после откровенной дружеской беседы Альфиери и Хуго начали все по новой. Луи Берковье уехал в Швейцарию управлять липовыми компаниями и гонять денежки по склеротичным венам нашего престарелого издыхающего общества.

— Вот тут я не согласна. На мой взгляд, Ксавье успел их всех замочить. Так логичней.

— Знаешь что? В следующий раз рассказывать будешь ты, и посмотрим, как тебе удастся разложить жизнь по твоим полочкам. Встали, девочки. Время помоек.

Они по очереди разогнулись, как старые, вечно скомканные тряпки. Им потребовалось еще около четверти часа, чтобы собрать весь свой скарб, и они начали карабкаться цепочкой по маленькой каменной лестнице, прежде чем растаять среди теней, пляшущих по стенам большого города.