Су Хи, похоже, слова соседки не особенно заинтересовали, и она притянула меня поближе к себе, а девушка спросила, как меня зовут.

— Я Чжэ Хи, — ответила я, — а это моя старшая сестра Су Хи.

— А меня зовут Чжин Сук, — произнесла она. — Моя мама сказала, что нам просто нужно выполнять приказы японцев, вот и все. — Чжин Сук обратилась к остальным девушкам: — Лучше слушайте меня и делайте, как я скажу. — Чжин Сук выглядела старше остальных, так что все, кроме Су Хи, кивнули. Мы молча поехали дальше, а над головами у нас покачивались ящики с продуктами и мешки с рисом.

Грузовик катился по дороге, а мы сидели, прижавшись друг к другу. Снаружи было темно, в небе поблескивали звезды. От паров бензина и тряски грузовика меня потянуло в сон. Я проголодалась, замерзла и устала. Я прислонилась к Су Хи, и она обняла меня. Кто-то пустил по кругу кувшин с водой. Когда он дошел до Су Хи, она не стала пить, а сразу сунула кувшин мне.

— Выпей и мою долю, сестричка, — шепнула она. — Я обойдусь.

Я сделала два глотка и передала кувшин дальше.

В конце концов я уснула.

* * *

Мне снился странный сон, в котором за мной гнался дракон с маминого гребня, а потом я вдруг резко проснулась. Грузовик остановился, снаружи стояла полная тишина. Все было темно, тихо и неподвижно. Я потерла глаза, стараясь проснуться.

— Где мы? — спросила я по-корейски. — Что происходит?

— Тс-с, тихо, а то нас из-за тебя пристрелят, — шепотом отозвалась Чжин Сук.

Из-за боковой стороны грузовика появился луч фонаря и уткнулся в нас. В его свете мы увидели тяжелый подбородок и густые брови водителя. Его широко распахнутые глаза казались безумными. Он выглядел как сказочный злодей из китайского кукольного представления. С грохотом откинув задний борт, он произнес:

— Ты, пошли со мной.

Я испугалась, что он обращается ко мне, но он схватил за руку высокую девушку, которую кто-то из наших спутниц называл Сон Хи.

— Остальным сидеть на месте, — рявкнул водитель, — а то я вам уши отрежу.

— Куда вы меня ведете? — воскликнула Сон Хи.

— Заткнись! — скомандовал солдат, мы услышали удар и сдавленный вскрик. Луч света исчез в темноте. Я прижалась к Су Хи и дрожала. Я чувствовала, что сестра тоже дрожит.

Где-то неподалеку от грузовика Сон Хи снова вскрикнула:

— Нет! Пожалуйста, не надо!

Послышался еще один удар и звук рвущейся ткани.

— А ну заткнись! — заорал водитель. — Лучше привыкай, корейская шлюха.

Я старалась не слушать криков Сон Хи, но они врезались в уши, словно вой койота посреди ночи, когда кругом тишина и не на что переключиться. Через несколько минут Сон Хи перестала плакать, а водитель громко охнул. Потом он тяжело задышал и снова то ли охнул, то ли застонал. И наконец все стихло.

Через некоторое время в нас снова уткнулся луч фонаря. Мне было ужасно страшно. Я высматривала поверх откинутого борта грузовика, куда бежать, если водитель придет и за мной, но видела только сплошную тьму. Я плотно-плотно прижалась к Су Хи, глотая слезы. Все девушки сидели неподвижно. Водитель впихнул Сон Хи в грузовик, она упала рядом со мной и свернулась клубком, будто кошка, которая пытается защититься от холода. Платье у нее было порвано, волосы свисали спутанными прядями на лицо. По подбородку стекала струйка крови.

Водитель захлопнул задний борт и пошел вперед. Заработал двигатель, и грузовик рывком двинулся с места.

Он ехал дальше, мы сидели в темноте, и одна девушка заплакала.

— Ты же говорила, что все будет в порядке, — сказала она Чжин Сук.

Чжин Сук выглядела такой же напуганной, как мы все. Она ничего не ответила. Еще две девушки заплакали. Я тоже собиралась, но не успела: Су Хи притянула меня к себе и прошептала:

— Не плачь, Чжэ Хи. Мы должны быть сильными. Мы должны быть сильными, а не то нам конец.

Вот тогда-то я и поняла, что моя жизнь изменилась навсегда. Мне впервые потребовалось быть сильной. До тех пор обо мне всегда заботились родители и Су Хи, а я ни о чем не беспокоилась. А теперь я оказалась в таком месте, которое вчера и представить себе не могла. Придется делать, как сказала Су Хи. Так что я подавила слезы и почувствовала, что становлюсь немного жестче внутри. Я подтянула к груди колени и сжалась в комочек, как Сон Хи. Я подумала о гребне с двухголовым драконом и понадеялась, что, если буду сильной, дракон меня защитит и избавит от судьбы Сон Хи.

Но грузовик ехал дальше к своей цели, и я подумала: а может, от гребня нет никакого толку. Мама же сказала, что ее он не защитил. Может, это просто безделушка, которую она купила в Синыйчжу, а историю про мою прапрабабушку выдумала, чтобы нам с Су Хи было не так страшно покидать дом.

Может, гребень с двухголовым драконом, спрятанный в заплечном мешке Су Хи, совсем ничего не значил.

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

Всю оставшуюся ночь я не могла заснуть от страха. Когда я пыталась забыться, то сразу вспоминала безумные глаза водителя и снова слышала страшные рыдания Сон Хи. Это было как тяжелый кошмар, от которого никак не избавиться. Я лежала, крепко прижавшись к Су Хи, ждала утра и гадала, кончится ли когда-нибудь этот ужас.