Читаем Дочь полка 2 полностью

— И потом ты его остановила, — закончил за ребёнка командир.

Катя кивнула и взяла свою кружку. Она сделала глоток уже тёплого чая и потёрла глаз.

— Я застала его врасплох и смогла завладеть оружием, а потом…Я месть себе совершенно по-другому представляла, — неожиданно сменила тему девочка. Она устало взглянула на потушенную керосиновую лампу. — Всё думала, что смогу передать им всю боль, которую они причинили мне и моим близким. Представляла, как будет легко на душе. Но у меня ничего не получилось!

— Почему? — тихо спросил командир.

— Потому, что я не смогла сама его добить! Ему мало! — почти выкрикнула девочка и вновь закрыла лицо руками.

Резанцев с сочувствием смотрел на девочку, давая ей выговориться. Впервые за столько времени она рассказывала о том, что её так долго грызло и мучило.

— Я не отомстила, товарищ командир! — уже более спокойно продолжила Катя. — Я выстрелила, не думая, случайно! Мне повезло попасть в грудь. Если бы я промазала — меня бы здесь не было. Потому, что дальше держать пистолет в руках я не могла. Немец ещё живой был, — девочка опять схватилась за волосы. — Я не смогла его добить! Я испугалась его! Я слабый человек, товарищ командир. Я обязана была выстрелить. Обязана! Он насиловал наших матерей, он убил моих младших братьев! — Катя всхлипнула. — Три брата у меня было…Сева, Костя, Коленька… — тут её голос вновь стал тихим, надтреснутым — А пока я ходила за водой, они всех сожгли! Я даже не простилась с ними… Я не боец, товарищ командир. Не боец. Я дала слабину, не смогла.

Александр потрясённо молчал, не зная, что ответить. Девочка ему рассказала больше, чем он хотел узнать. Командир всего лишь спросил про окровавленную бумажку, а она поведала свою тяжёлую историю. Наконец-то. Как же она держала всё это в себе все эти месяцы? Теперь многое стало ясно. И почему Катя выжила в той трагедии в Лесково, и почему Ваську при встрече она назвала Колей, и почему ей пришлось убить немца… Не удивительно, что, Катя так изменилась. Малиновка стала для неё вторым Лесково. Кто же знал, что обычная разведка обернётся таким кошмаром? Резанцев чувствовал сильную вину за то, что произошло. Если бы он нашёл другой выход и не стал отправлять неопытного ребёнка на задание, то этого бы всего не было. Но прошлое не вернёшь. Резанцев ещё раз взглянул на Катю:

— Я с тобой не соглашусь, — вдруг сказал он.

Катя подняла голову с рук и вопросительно посмотрела на Александра.

— Ты не слабый человек, Катя, — отодвинул кружку в сторону командир. — Просто тебе не повезло. Что по поводу этого Ханса? У всех рука дрожит, все боятся стрелять в первый раз. Многие после этого прийти в себя не могут. У меня руки долго тряслись. Винтовку положишь и начинается, даже закурить нормально не можешь, всё валится. Это не просто — первый раз убить человека, даже если это враг.

Девочка кивнула, вспоминая, как трудно ей было элементарно удержать черпак с водой, как нелегко было просто попить. Резанцев подтянул её за руку к себе и уже привычно обнял:

— Так, что не вини себя в этом. Ты у нас боец. Боец третьего батальона. Самый настоящий. Не забывай это. А что насчёт твоих родных… Я обещаю тебе, что после войны мы обязательно вернёмся к тебе домой и ты сможешь проститься со всеми. Слово даю.

Катя угукнула и уткнулась в плечо командира. Дышать становилось гораздо легче, на душе наконец потеплело. Стало так спокойно. Когда-то она так прижималась к покойному отцу. И одежда также пахла табаком, и руки были сильные и крепкие. Окружало чувство защиты. Все непреодолимые проблемы сразу же становились решаемы. Всё будет хорошо, всё наладится. И девочка в это верила.

В августе 1943 года Кате Камышевой была присвоены наградной пистолет и медаль «За отвагу».