Читаем Дочь молнии полностью

Пока Рейдгар собирался у шатра вождей, внутри лорд Каурус мерил шагами свои покои и проклинал опрометчивость своего воеводы. Дуэли были общеизвестным способом разрешения возникшего спора; правила их были строгими и требовали точного соблюдения. Соперники дрались без щита и доспехов и только на коротких мечах. Победа в поединке требовала от мужчины напряжения всех физических сил, поэтому среди принятых в войска вызовы случались не так уж часто.

Если бы ситуация была несколько иной, лорд Каурус не имел бы ничего против поединка. Для кланов обычны были дуэли до первой крови. Каурус с удовольствием понаблюдал бы, как Этлон получит один-другой удар. Но дуэль до смертельного исхода была вещью совершенно иного рода и представляла ситуацию в новом свете.

Смерть Этлона может иметь весьма серьезные последствия. Вожди других кланов будут в ярости и обвинят в убийстве его, лорда Кауруса. Оказавшись без вождя, весь влиятельный и сильный клан Хулинин придет в бешенство. А эта колдунья… Каурус даже боялся думать о том, чего от нее ожидать.

Но и при мысли о том, что он может потерять своего воеводу, Кауруса бросало в дрожь. Временами, конечно, Гринголд был просто вспыльчивым дураком, но найти лучшего командующего для воинов клана в Рейдгаре было невозможно. К тому же он был кузеном Кауруса.

Так или иначе, исход дуэли представлялся Каурусу в зловещем свете.

К несчастью, даже вождь не имел права аннулировать вызов, если противники решили драться. Каурус уже пытался разговаривать с Гринголдом в это утро. Воевода остался непреклонен: дуэль состоится.

Пока Каурус ходил в раздумье взад и вперед по комнате, на другом конце трелда, в убогой хижине, путешественники помогали Этлону приготовиться к поединку.

Некоторое время Габрия наблюдала за мужчинами, затем выскользнула наружу. Их помощи будет Этлону достаточно, а она хотела побыть наедине с собственными чувствами. Она нервничала. Этлон был опытным воином, хорошо владеющим мечом; он умел держать себя во время поединка. Но Гринголд имел славу жестокого драчуна, и исход дуэли мог быть непредсказуемым. Габрия сделала глубокий вдох и выпрямилась, пытаясь унять нервную дрожь и подавить спазмы в желудке.

Несколько минут она ходила взад-вперед у входа, затем решительно отыскала среди тюков щетки и вычистила Нэру и Эуруса так, что их черные бока заблестели. Она расчесала им гривы и хвосты. Закончив работу, она прислонилась головой к шее Нэры. Занять себя делом — вот лучшее из средств унять волнение.

Дверь резко распахнулась, и на порог вышел Этлон в сопровождении Пирса, Сайеда, Хан'ди и четырех воинов. Габрия посмотрела на своего вождя с гордостью. На нем были лишь бриджи, плотно обтягивающие ноги; меч он нес в одной руке. Его гибкое мускулистое тело, хотя и не грузное, как у Гринголда, таило большую силу и было обманчиво гибким, как тело молодого льва. Его торс блестел — кожа была натерта маслом, чтобы противнику было труднее схватить его во время поединка; волосы Этлон гладко зачесал назад.

Габрия узнала этот блеск сосредоточенной решимости в его глазах. Для него сейчас не существовало ничего, кроме предстоящей дуэли.

— Мой лорд, — сказала она мягко, — ваш конь ждет вас.

Этлон глянул сначала на нее, потом на огромного жеребца хуннули, смотрящего на него глубокими умными глазами. Он помедлил секунду, пока недоверие к магическому коню не уступило место голосу разума. Он и Габрия знали, что эти лошади подпускают к себе только владеющих магией, в то время как для других человек, оседлавший хуннули, был всего лишь человеком, которого надо почитать и уважать.

Появление Этлона верхом на Эурусе может произвести соответствующее впечатление на умы Рейдгара и, возможно, будет неплохой психологической атакой на Гринголда.

Этлон вскочил на спину Эуруса, вытащил меч и крикнул:

— Хулинин!

Четыре воина подхватили этот крик, и эхо разнесло его по всей долине. Охранники сразу же выстроились в ряд за вождем; Пирс, Сайед и Хан'ди ехали следом. Нэра и Габрия шли медленным шагом, — девушка не хотела отвлекать внимание Рейдгара с лорда Этлона на себя.

Этлон оглядывал трелд, сидя на спине Эуруса; у края дорожки толпились люди, жаждущие увидеть появление вождя Хулинина собственными глазами. Этлон удовлетворенно улыбнулся и повернул меч лезвием вниз — в знак того, что он не желает войны с Рейдгаром. Народ приветствовал его криками восхищения. Для него не имело значения, что Этлон — соперник их воеводы. Для людей было важно лишь то, что они видели: а видели они прославленного воина верхом на огромном хуннули; лезвие его меча сверкало на солнце, напряженное его тело было готово к битве. В этот момент Этлон был для них олицетворением героя кланов, легендарного Валериана.

Люди прокричали приветствие, когда группа подъехала к шатру вождей, затем смолкли и окружили плотным кольцом широкое пространство у входа, где Этлона уже ожидали Каурус и Гринголд. Покрытое шрамами тело воеводы было тоже, как у Этлона, намазано маслом.