— Тут все довольно сложно, полковник... У капитана Кемпбелл было много... очень много друзей.

— Да, я слышал, — сказал Карл и добавил, словно в озарении: — Паскудная история, верно?

— Так точно, сэр.

— Пол, ты еще не встречался с майором Боузом?

— Нет, не встречался, полковник. Майор Боуз как будто замешан в эту грязную историю. Это только слухи, но, может быть, вам стоит подумать о том, чтобы вызвать его в Фоллз-Черч для задушевной беседы?

— Понятно... УРП лишние неприятности ни к чему.

— И я говорю — ни к чему.

— Хорошо, что ты следишь за тем, чтобы дело кончилось без последствий, Пол.

— Нет, не слежу. У меня другие обязанности, — возразил я и не без удовольствия добавил: — Я, кажется, докладывал, что дельце щекотливое.

— Я забочусь только о репутации моих сотрудников.

— Тогда отзовите майора Боуза.

— Подумаю. Можешь до восемнадцати ноль-ноль передать по факсу отчет?

— Нет, полковник, больше отчетов не будет. Мы целиком заняты поисками убийцы и обо всем доложим вам лично, как только нас выметут отсюда.

— Приятно. Чем еще можем вам помочь?

— Сэр, — сказала Синтия, — мы располагаем информацией, что когда капитан Кемпбелл была еще на втором курсе Уэст-Пойнта, между ней и отцом произошла серьезная ссора. Думаю, что она имеет отношение к делу. То, что тогда случилось, вероятно, получило огласку в академии и у гражданского населения в окрестностях.

— Хорошо, я займусь этим. Поднимем документы в академии, местные газеты, порасспрашиваем людей, и я сделаю запрос в Центральный войсковой архив в Балтиморе — устраивает?

— Важно сделать это как можно скорее, сэр, — добавила Синтия.

— Мы пока кружим вокруг нескольких болезненных точек, но в конце концов нам придется дойти до сердцевины, я имею в виду генерала.

— Действуй по обстоятельствам, Пол. Я — за тобой.

— Может быть, захотите встать впереди?

Он молчал, потом заявил:

— Если нужно, я прилечу.

Мы с Синтией обменялись взглядами.

— Признательны вам, полковник. Вы только не поддавайтесь нажиму из Пентагона, а здесь мы сами управимся.

— Сделаю все, что в моих силах.

— Спасибо.

— Как вам там работается вдвоем?

Мы с Синтией помолчали, потом она ответила:

— Хорошо работается.

— Замечательно. Чем горячее, тем закаленнее команда.

— Скажи ему, что попросила у меня прощения за Брюссель, — сказал я Синтии, но так, чтобы Карл тоже слышал. — Скажи, что во всем виновата ты.

Она улыбнулась в микрофон.

— Это так, полковник.

— Заметано. Я свяжусь с вами, как только получу информацию по Уэст-Пойнту. Если, конечно, нам повезет.

— Будем ждать.

— Вот еще что, Пол. Я недоволен тем, как ты проворачиваешь дело о продаже оружия.

— Тогда передайте его ФБР. Последовало долгое молчание.

— Передо мной лежит твое личное дело, Пол. Двадцать с лишним годков оттрубил.

— Мне моего жалованья не хватает. Как же я буду жить на половину?

— Я о тебе же забочусь. Не люблю терять хороших работников, но чувствую, что ты устал. Хочешь управленческую работу здесь, в Фоллз-Черч?

— В одном помещении с вами?

— Подумай. Я буду на месте, если что.

Хеллман повесил трубку. Я сказал Синтии:

— Почти по-человечески разговаривал.

— Он боится.

— Есть чего.

Глава 24

Следующий час мы с Синтией занимались канцелярщиной: отвечали на звонки и сами звонили, пытаясь, в частности, поймать полковника Фаулера и разузнать насчет встречи с его женой, с миссис Кемпбелл и с генералом.

Позвонил я и Грейс Диксон, специалисту по компьютерам, прилетевшей из Фоллз-Черч. Она была на Джордан-Филдз, билась над персональным компьютером Энн Кемпбелл, стараясь раскрыть файлы.

— Как дела, Грейс?

— Сейчас уже хорошо. Некоторые файлы были закодированы, но мы в конце концов нашли список паролей. И где бы вы думали? В ее поваренной книге. В данный момент я вытягиваю из компьютера разные вещи.

Я кивнул Синтии, чтобы она взяла отводную трубку.

— Что именно?

— Письма, перечни имен и телефонов и, главное, ее дневник. Жареного здесь хоть отбавляй. Где, когда, с кем, как... Вы, наверное, это и ищете, Пол?

— Наверное... Кто там фигурирует? Дайте несколько имен для примера.

— Секундочку... вот... Лейтенант Питер Элби... полковник Уильям Кент... майор Тед Боуз...

Грейс зачитала еще два десятка имен. Некоторые мне были знакомы: полковник Майкл Уимс, главный прокурор части, капитан Фрэнк Суик, врач, и — ни в жизнь не догадаетесь — главный капеллан майор Арнольд Имз. С некоторыми я не был знаком, но все это были люди военные, более или менее близкие к генералу.

— Уэс Ярдли, Берт Ярдли... — зачитывала Грейс.

— Погодите... Вы сказали — Берт?

— Да, Берт. Видно, полюбилась ей семейка.

Мы с Синтией переглянулись.

— Да... Скажите, Грейс, имя Фаулер не попадалось?

— Пока нет.

— А Чарлз Мур?

— Есть такой... Но с этим человеком у нее были только собеседования. Психиатр, как я понимаю. Дневник начат около двух лет назад и начинается со слов: «Прибыла для прохождения службы к отцу. Операция „Троянский конь“ начинается». Прямо сумасшествие какое-то, Пол.

— Примерчик, примерчик сумасшествия!