Читаем Добыча тамо... полностью

Конечно, в любом нормальном государстве этот лес быстро бы привели в порядок, кости захоронили, оружие собрали, снаряды и мины подорвали бы профессионалы. Мы уже более полувека не можем сделать этого. Ни военным, ни милиции, ни властям заниматься этой работой не хочется Значит заниматься этим будут полуофициальные немного численные отряды поисковиков и намного более многочисленные группы "черных" следопытов. Лесов под Петербургом им хватит еще лет на десять.

В последнее время стали часты случаи продажи найденной военной техники за границу. И в самом деле кому в РОССИИ нужен остов самолета английского производства "Брюстер" с финскими опознавательными знаками, упавший в карельское болото в 1942 году? Зато на Западе самолет этой редкой марки ценится весьма дорого. Поисковая группа "Экипаж" время от времени размещает объявления о продаже той или иной единицы трофейной техники в "Интернете".

Для того, чтобы самолет, восстановленный из старого, сбитого и разрушенного, считался подлинным достаточно на первый взгляд немного - во-первых, чтобы была достоверна восстановлена вся история аппарата: известен его бортовой номер, фамилии и звания экипажа, последнее полетное задание и обстоятельства гибели, подтвержденные документально, а во-вторых, в самолете должны быть несколько подлинных деталей. Все остальное может быть и новодельным. Тогда стоимость восстановленного, получившего сертификат и способность вновь летать самолета вырастает в несколько раз.

Сегодня в болотах, на дне рек, озер, где в глухих лесах еще ржавеют корпуса танков, автомобилей,, орудий, минометов и всего прочего. Все это - несомненная ценнность, и даже точные сведения о местонахождении той или иной единицы техники ныне покупаются и продаются. Власти некоторых областей вынуждены были ввести запрет на вывоз найденной и поднятой из озер и болот военной техники. Так поступили в Карелии, где в лесных труднодоступных массивах, особенно в пограничной зоне, до сих пор лежат немецкие, советские, финские самолеты различных марок, сбитые в ходе отчаянных воздушных боев.

К сожалению, время и люди очень плохо действуют на военную технику. Специалисты даже утверждают, что именно люди, а не вода, не природа, не время уничтожили многие образцы самолётов, танков, автомашин и орудий… Я сам видел на погранзаставе озера Хасан, как собирают и взрывают оружие и снаряжение японских и советских войск, в изобилие оставшиеся на подступах к озеру. Сопка Хасан, на вершину которой ведет сделанная после войны каменная трёхсотметровая лестница, в буквальном смысле слова до основания изгрызена японцами, проделавшими в каменной толщи тоннели, склады, доты, капониры и казармы. Так вот, практически все лазы и входы в эти подземелья ныне взорваны и завалены с советской стороны (полторы принадлежит китайцам). Поэтому, что находится за каменной толще, за стальными дверями не знает ныне никто.

Бывает и так, что место, где лежит та или иная единица техники, известно всем на протяжении десятилетий, но так как достать ее очень трудно, да местным жителям и незачем, то и покоится танк или самолет до тех пор, пока не приедут туда люди, которым есть до него дело. Так было на озере Черном, что в черте Москвы - там на дне простоял почти пятьдесят лет тридцатьчетверка какой-то редкой модели. Из-за этого танка между группой "Экипаж", поднявшей его, и Министерством обороны, которому по существующему закону принадлежат все советские трофеи второй мировой войны, возник вялотекущий и трудноразрешимый конфликт. Но когда найденная техника поступает в распоряжение властей, военные обычно не возражают.

Больше полувека стояла на дне Новомосковского водохранилища "Катюша" на базе трактора СТЗ. Таких "Катюш" в стране практически не осталось вовсе. А тогда, весной 1942, полгорода наблюдало за тремя машинами, наискось пересекавшими ми замерзшее озеро по санной колее.

Примерно в ста метрах от берега последний из тракторов вдруг странно накренился и стремительно ушел под воду под треск ломающегося льда. Потом на краю дымящейся полыньи забегали люди, кто-то пытался даже нырнуть... Несмотря на все кары военного времени, полагающиеся за утерю боевой техники, достать "Катюшу" так и не удав лось. Потом фронт ушел на запад, до утонувшей машины никому не стало дела, и она так и осталась лежать на дне. Но известия о ней, рапорты и донесения уцелели в военных архивах, о тракторе-"катюше"

помнили и в Новомосковске. К берегу озера в том месте был удобный пологий подъезд, поэтому экспедиция 1989 года была практически беспроигрышной.

Тогда, казалось, главное - найти машину. Хотя сто было приблизительно известно, все же отыскать трактов под трехметровым слоем воды, учитывая, что уже на глубине двух метров погружаешься в взвесь ила, где не различишь вытянутой руки, было трудным делом.