Читаем Добрые вещи полностью

Загружаю в комбайн несколько луковиц, чтобы не терзать глаза мелкой нарезкой. Много лет назад мне повезло с какой-то шабашкой и я приехал за старшей дочерью в детский сад с пачкой денег. Редко испытываемое головокружение по этому случаю тянуло совершить какой-нибудь подвиг. Надевая на входе у столика вахтера бахилы, я уже планировал, как мы сейчас с ребенком поедем в какой-нибудь магазин. Девочка идею отца разделила с восторгом и вот мы уже ходим с ней вдоль полок с техникой, ожидая, что на нас все-таки обратит внимание какой-нибудь эксперт по бытовым приборам.

– Черышев, перехватив мяч, промчался по чужой половине, – продолжается эфир матча чемпионата мира диктор из телевизора, – выполнил диагональ в штрафную, где явно зазевался Дзюба, который мог бы оказаться один на один с вратарем, но не смог обработать передачу! Правым флангом Египет идет в атаку. Жирков не позволяет обыграть себя Салаху и лишает соперника владения.

Комбайн перерубает лук, разбрасывая по стенкам пластиковой чаши ароматные фрагменты. Забрасываю туда и фарш, чтобы вся начинка взбодрилась в одной емкости. Чуть-чуть воды и соли будут кстати. Несколько горошин австрийского черного перца, купленного со скидкой, падают в каменную ступку. Несколько движений пестиком и ароматная приправа дополняет содержимое дежи. Воспоминания продолжают будоражить голову. С самой верхней полки продавец нам достает самый дорогой агрегат и сообщает, что такая модель осталась последней. Мы переглядываемся с дочерью и решаем купить именно ее. Нам упаковывают устройство в рваную коробку, которую долго разыскивают в кулуарах складских помещений.

– Удар по воротам, – взрывается диктор в телевизоре, заставляя меня посмотреть на экран, – Игнашевич Сергей бьет головой из штрафной в створ ворот. Мяч пойман вратарем.

Мы забираем комбайн и выходим с помощницей за руку из магазина на перекресток Брестской и Дзержинского. Ребенок ликует, потому что сделать такой нужный подарок для мамы – это счастье. На улице холодно. Через дорогу открытая местность городского парка, еще в тот момент не занятая строительством православного храма, пропускает ветер и заставляет нас дрожать. Мы берем такси – гулять, так гулять – и мчим домой с непривычно барским шиком.

– Позитивно, что россиянам часто удается накрывать соперников в прессинге в центре поля и отбирать у них мяч. Хотелось бы, чтобы контратаки доходили до логического завершения.

Время задуматься над тестом. Из тумбочки под столешницей, где хранятся фрукты и сухие завтраки, выуживается пачка муки. Простейший замес с водой и солью, с добавлением куркумы для пущей красоты выпечки. Основательный колобок плотного теста отправляется в холодильник. Время навести себе чашку кофе.

– Удар по воротам, – нервничает комментатор, – Трезеге бьет правой ногой из штрафной. Мяч летит мимо ворот. Трезеге по левому флангу входит в штрафную и обводящим ударом стремится закрутить мяч в дальний угол ворот! Не попадает, но очень тревожно!

«Тревожно, как мальчишка завтра физику осилит, – крутится в голове, – Репетиторами подложились. Сделали буквально все, что могли. Но теперь. Удача? Везение? Умение собраться? Элемент судьбы?» Кофе разлит изфренч-пресса в чашку, напоминающую размером супницу. Жаль, что жженый на вкус. И не особо бодрит. Пора искать сотейник для фритюра да раскатывать тесто.

С репетитором по математике было особенно грустно, потому что пришлось несколько месяцев ждать некую Лейшиц, о таланте которой рассказывали многие. Молва при этом не просто восхищалась педагогическим талантом данной особы, но и сообщала подробности, мол, у бабки сын или внук учится в Москве. Вот ей и приходится формировать ему бюджет в провинции, платно обучая науке громадное количество школьников. Тем не менее, нам со специалистом по котангенсам не повезло, потому что она не нашла место в своем перегруженном графике. Однако, Лейшиц порекомендовала свою ученицу, которая «нисколько не хуже меня и вполне может дать знания». И вот мы уже с сыном едем к условленному часу в Третью гимназию к некой Оксане Выгановой, чтобы наконец-то приступить к платным занятиям у рекомендованного мастером ученика.

– Опасно! – прерывает воспоминания возглас комментатора из ящика, – После подачи с левого фланга и скидки головой на дальнюю штангу, Салах мог с близкого расстояния переправлять мяч в сетку, но его в последний момент опережает Жирков.

Я смотрю на экран: «Господи, зачем же так кричать?»

В Третьей гимназии репетиторство было поставлено на поток. Прямо в классе общеобразовательной школы собирались небольшие, но бесконечные группы школьников со всего города и осваивали азы. Это удовольствие стоило по семьсот рублей с носа за занятие, что, в общем, было средней ценой за ликбез в целом по городу.

На четвертое занятие мы, как обычно, приехали к шестнадцати часам.

– Удар по воротам, – взрывается диктор, – Марван бьёт головой из штрафной. Мяч летит левее и мимо!

Да, хотелось, чтобы наша сборная выиграла. По-человечески мечталось бы заполучить эту победу.