Читаем Доброе слово полностью

А л е к с а н д р а  И в а н о в н а. Боже мой! Какую беседу? Зачем этот Березов? Что случилось?

М и т я. Это вторая программа…

А л е к с а н д р а  И в а н о в н а. А как же сделать, чтобы была первая?! Я не умею… Что же будет?

М и т я. Я не знаю…

А л е к с а н д р а  И в а н о в н а. Значит, ты тоже не умеешь? Ах, какая жалость! Как неудачно…

М и т я. Сейчас… Я попробую… Я сделаю. (Переключает.)

Г о л о с  п о  т е л е в и з о р у. Передаем концерт народного артиста Советского Союза Святослава Рихтера… Зал будет включен без предупреждения.

А л е к с а н д р а  И в а н о в н а. Спасибо, Дмитрий! Все уладилось! Маша! Маша! Иди сюда… Скорей! Сейчас, Дмитрий, ты услышишь изумительный концерт! И в таком исполнении!

М и т я. Я очень рад, спасибо.


З а н а в е с.

Картина третья

Несколько столиков летнего кафе. Рядом — вход в кинотеатр. Где-то неподалеку — парикмахерская.

Входят  К а т я  и  Д м и т р и й  Б е р е з о в.


Д м и т р и й. Вот и успели!

К а т я. Я так боялась опоздать…

Д м и т р и й. Со мной?! Исключено. У меня точный расчет. Шестое чувство времени.

К а т я. «Шестое». Хорошо, что ваш знакомый шофер предложил подвезти.

Д м и т р и й. Знакомый? Да я его первый раз вижу.

К а т я. Он так любезно пригласил. Я думала, что он вас знает.

Д м и т р и й. Мало ли кто меня знает! Не этот, так другой бы подвез. Всякому лестно Березова прокатить. Время еще у нас есть! Выпьем воды.


Садятся за столик. Дмитрий берет воду.


Правда, полагалось бы шампанское.

К а т я. Это в честь чего же?

Д м и т р и й. Юбилей! Забыли, что ровно месяц назад мы с вами познакомились. Надо было бы поднять бокал за Митино здоровье.

К а т я. Да, если бы не он, я бы и не узнала, что вы существуете.

Д м и т р и й. Ну, это положим! Рано или поздно вы бы обо мне услыхали.

К а т я. Конечно! Такая знаменитость.

Д м и т р и й (смеется). Во всяком случае, личность популярная.

К а т я. Меньше б вы об этом думали.

Д м и т р и й (улыбаясь). Быть скромным, не допускать и тени зазнайства — первое правило для спортсмена.

К а т я. И вы его выполняете?

Д м и т р и й. Стараюсь. Ну, шампанское перед игрой исключено, а отметить надо! Пойдемте в кино. У вас как раз смена кончится, я после игры освобожусь, успеем на последний сеанс.

К а т я. Не знаю.

Д м и т р и й. Решено! Я уж Мите велел билеты купить.

К а т я. А если я откажусь?

Д м и т р и й. Исключено! Нельзя же мальчика заставлять даром трудиться.

К а т я. Конечно! Придется согласиться ради Мити. Давно я его не видела. Как у него дела?

Д м и т р и й. Доволен, рад! На все матчи со мной ходит.

К а т я. Чемоданчик носит?

Д м и т р и й. А как же! Этой привилегии никому не уступает.

К а т я. Что, он в самом деле способный парнишка?

Д м и т р и й. Учится хорошо… Я как-то спрашивал.

К а т я. А играет как?

Д м и т р и й. В баскетбол? Не видел.

К а т я. Некогда было. Да и зачем? Чемоданчик он уже научился носить.

Д м и т р и й. А вы, Катя, прирожденный воспитатель. А у меня нет никаких педагогических способностей. Исключено.

К а т я. А совесть у вас есть? Парнишка обожает вас, во всем подражает вам. Вот Матвей Исаевич мечтает, чтобы я стала хорошим мастером. А вам разве не хочется, чтобы Митя стал хорошим спортсменом?

Д м и т р и й. Честно говоря, такого желания не появлялось… Наверно, потому, что начисто лишен педагогической жилки.

К а т я. Зато эгоизма хоть отбавляй!

Д м и т р и й. Я эгоист! Вот уж не ожидал!

К а т я. Конечно! Привыкли, что вами только восхищаются. Считаете, что так и нужно! О другом человеке и подумать некогда. Все о себе… Вот и выходит — законченный эгоист.

Д м и т р и й. Ну, это уж слишком! Неужели вы, Катя, в самом деле так думаете?

К а т я. Думаю! И огорчаюсь. Потому что… боюсь…

Д м и т р и й. Чего вы боитесь, Катюша?

К а т я. Если вы вообще такой… Ну ладно! Все!

Д м и т р и й. Ну, вот и надулась! Знаете что, мне это не нравится. Я так не люблю.

К а т я. Вот, вот! Мне… Я… Вот и доказываете, что вы эгоист.

Д м и т р и й. Ну, так я вам другое докажу! Хотите, я Митю устрою в детскую спортивную школу?

К а т я. А он согласится?

Д м и т р и й. Мечта каждого мальчишки. Значит, решено! Можете считать, что Митя уже в школе!

К а т я (смотрит). Да вот и он сам! Митя! Глядите!

Д м и т р и й. А что?

К а т я. Ой, не могу! Ведь маленький Березов идет! И рукой так же машет! Глядите, и голову повернул.

Д м и т р и й. Неужели я так голову задираю?! Странно. Пойдемте, Катя, я вас провожу.

К а т я. Да! Так и опоздать можно.


Уходят. Входят  М и т я  и  С е н я. Митя несет спортивную сумку.


С е н я. Ну, Митя, дай теперь я понесу.

М и т я. Нельзя!

С е н я. Вот жадина.

М и т я. Пойми, Сенька, ведь поручено мне. Значит, исключено. Выпьем водички.

С е н я. И мороженого.

М и т я. Перед игрой? У нас режим.

С е н я. Подумаешь, у нас! Не ты же играешь!

Перейти на страницу:

Похожие книги

Орфей спускается в ад
Орфей спускается в ад

Дорога заносит молодого бродягу-музыканта в маленький городок, где скелеты в шкафах приличных семейств исчисляются десятками, кипят исступленные страсти и зреют семена преступлений…Стареющая, спивающаяся актриса и ее временный дружок-жиголо абсолютно несчастны и изощренно отравляют жизнь друг другу. Но если бывшая звезда способна жить лишь прошлым, то альфонс лелеет планы на лучшее будущее…В мексиканской гостинице красавицы-вдовушки собралась своеобразная компания туристов. Их гид – бывший протестантский священник, переживший нервный срыв, – оказался в центре внимания сразу нескольких дам…Дочь священника с детства влюблена в молодого человека, буквально одержимого внутренними демонами. Он отвечает ей взаимностью, но оба они не замечают, как постепенно рвущаяся из него жестокая тьма оставляет отпечаток на ее жизни…В этот сборник вошли четыре легендарные пьесы Теннесси Уильямса: «Орфей спускается в ад», «Сладкоголосая птица юности», «Ночь игуаны» и «Лето и дыхание зимы», объединенные темами разрушительной любви и пугающего одиночества в толпе.

Теннесси Уильямс

Драматургия
Перед восходом солнца
Перед восходом солнца

Можно ли изменить собственную суть, собственное «я»?Возможно ли человеку, раздавленному горем и тоской или же от природы склонному к меланхолии, сознательно воспитать в себе то, что теперь принято называть модным словосочетанием «позитивное мышление»?Еще с первых своих литературных шагов Зощенко обращался к этой проблеме — и на собственном личном опыте, и опираясь на учения Фрейда и Павлова, — и результатом стала замечательная книга «Перед восходом солнца», совмещающая в себе художественно-мемуарное и научное.Снова и снова Зощенко перебирает и анализирует печальные воспоминания былого — детские горести и страхи, неразделенную юношескую любовь, трагическую гибель друга, ужасы войны, годы бедности и непонимания — и вновь и вновь пытается оставить прошлое в прошлом и заставить себя стать другим человеком — светлым и новым.Но каким оказался результат его усилий?

Герхарт Гауптман , Михаил Михайлович Зощенко , Михаил Зощенко

Драматургия / Проза / Классическая проза ХX века / Прочее / Документальное