Эндрю встал на ноги, и зайдя за спину Александра и взяв его сзади за шею, наклонился к самому уху и прошептал:
— Но если кто-нибудь ещё узнает о том, что я тебе сейчас тут напел, то ты меня знаешь «сынок», — после чего ухмыльнулся и примирительно толкнул Алекса в плечо.
— Пожалуй, это было лучшее интервью в моей карьере.
Эндрю на секунду замер, а потом устало сказал:
— Лучшее интервью в твоей карьере будет завтра.
Алекс вздрогнул.
— Не напоминай. Сразу под ложечкой засосало.
— Всё получилось?
— Почти. Осталось утрясти последние детали.
— Помощь нужна?
— Утром. Всё расскажу утром. Не то, чтобы я был суеверным, но…
— Всё будет нормально. По крайней мере будем стараться, — Миньярд ободряюще похлопал его по плечу. — И я рад, что ты всё-таки выжил, не смотря на все эксперименты по воспитанию, которые мы на тебе ставили. И… спасибо за внука.
Алекс затянулся, сбитый с толку тем, что только что услышал. Эндрю остановился, глядя на спящего Нила с сомнением.
— Может, закажем что-то из еды?
— Нет, — резко оборвал его Миньярд.
— Ты думаешь, что…?
— Нет. Я хочу сам приготовить для вас. Когда ещё случай представится?
— Может поужинаем на крыше? Здесь как-то дышится легче.
— Я не против, — ответил Эндрю, по прежнему не отводя глаз от Нила.
— Я побуду, — не поворачиваясь, тихо сказал Алекс.
— Спасибо, — ответил Эндрю и с усилием разорвав взгляд, пошёл к выходу.
***
В доме стояла гнетущая тишина. Наверное, идея поужинать на крыше и правда была хорошей. Эндрю сразу пошёл на кухню, чтобы оценить последствия «вторжения». Двигаясь бесшумно, он завернул за угол и застал странную картину. Дверь холодильника была открыта, полностью скрывая того, кто в нём сейчас хозяйничал. Чуть ли не половина продуктов уже лежала на столе. Из беспорядочной горы торчало всё: хлеб, ветчина, овощи, штук пять разномастных соусов, арахисовое масло и чёрт его знает, что ещё. Человек, соорудивший этот монумент, продолжал рыться в холодильнике, забравшись в него почти с головой.
— Тыришь? — тихо спросил Миньярд, выглядывая из-за дверцы.
Микаэль дёрнулся от неожиданности и со всей силы приложился головой о верхнюю полку.
— Вот же блядь, — вырвалось у него, — Напугал до смерти, — парень схватился за сердце.
— Всегда нужно следить за тем, что происходит за твоей спиной. Даже, если в этот момент ты ешь, — спокойно ответил Эндрю, проходя на кухню, — И что это? — спросил он, показав глазами на гору продуктов.
— Бутерброд хотел сделать, — Микаэль невинно пожал плечами.
— А, — протянул Миньярд, — не слабый, смотрю, бутербродик намечается.
— По моему фирменному рецепту… Берёшь из холодильника всё самое вкусное и слоями друг на друга на ширину рта. Ну, чтобы в рот влезло.
— И часто ты это ешь?
— Почти каждый день.
— Ну тогда тебе сильно повезло, что ты повёрнутый на спорте и живёшь на поле. Иначе бы уже в дверь не прошёл.
— Отец сутками пропадает на работе, а это самый простой способ утолить голод.
— Приезжал бы почаще, я бы тебя научил… чему-нибудь…
Микаэль замер с огурцом в руках и смотрел на Миньярда, как на нового, незнакомого ему человека. Ещё неделю назад это казалось невозможным. Эндрю звал его в гости, обещая научить готовить. Всегда закрытый на все замки, никого, кроме Нила не подпускающий к себе ближе, чем на расстояние вытянутой руки. Это сбивало с толка. Поймав на себе этот взгляд, Эндрю пошёл на попятную.
— Ах да, я и забыл, что ты у нас тоже поклоняешься божеству по имени экси и ни на что другое времени уже нет.
— Ага, — скомкано выдавил из себя Микаэль.
— Тогда быстро собирай свою хрень под названием бутерброд и вали с моей кухни. Только срач за собой не забудь убрать. И может, уже закроешь холодильник?
Парень, спохватившись, захлопнул дверцу, и подойдя к столу, начал быстро накидывать на хлеб всё подряд.
— Надо же, всё цело, — сказал Миньярд, осматривая кофемашину и кухню в целом.
— Я давно самостоятельный ребёнок. И что-что, а кофе варить умею, — пробубнил Микаэль, сравнивая бутерброд со способностью своей челюсти открываться.
— Слышишь ты, ребёнок, уже почти на две головы выше меня.
— Я лет с тринадцати выше тебя. И что? — рассмеялся Микаэль.
— Как ты думаешь, твой тренер сильно расстроится, если я тебе сейчас отрежу пару лишних пальцев? — спросил Миньярд, вытащив огромный нож для мяса и постукивая им по столешнице.
Микаэль округлив глаза, застыл с бутербродом, которой он пытался откусить. После чего молча развернулся, намереваясь сбежать, когда услышал за своей спиной:
— Слышишь, я только хотел сказать… Выкини из головы всё, что сегодня тебе наговорил мой придурок-братец. Это не имеет к тебе никакого отношения. Обижая тебя, он просто хотел побольнее задеть нас с Нилом. Никого не слушай. Ты всё делаешь правильно.
Микаэль проглотил кусок, не жуя, и так и остался стоять с распахнутыми глазами.