Читаем До Лета полностью

— Ну, мастер Алекс не может указывать мне, что делать. Я даже не собираюсь идти на бал.

Реджи ведет нас в двухэтажный холл с изогнутой лестницей, ведущей на следующий уровень. Впереди я замечаю комнату с камином. Реджи машет рукой в сторону этой комнаты.

— Мисс Одесса, чувствуйте себя как дома. Позже я провожу вас в ваши покои. Я договорился, что у вас будут смежные комнаты с мисс Кариной в южной части дома с видом на озеро.

— О, сестренка, я могла бы привыкнуть к этому, — говорит Одесса, ее глаза загораются. — Я буду недалеко, если понадоблюсь. Удачи! — говорит она, направляясь к комнате с камином.

— Но нам нужно уехать, — говорю я, и мой голос отдается эхом.

— Библиотека здесь, — говорит Реджи и идет под лестницу и дальше по коридору.

Я следую за ним, зная, что мне нужно сообщить Алексу, что я не буду этого делать. По выражению его лица я уже поняла, что он догадывается о том, что я хочу сказать.

Реджи останавливается перед парой больших резных деревянных дверей с золотыми ручками, затем нажимает на одну из них и открывает дверь. Когда я вхожу в библиотеку, то задыхаюсь.

Я едва успеваю заметить, как дверь закрывается за мной. Библиотека двухэтажная, с каменным камином от пола до потолка в одном конце и стеклянной стеной, выходящий на озеро, в другом. Вдоль длинных стен комнаты стоят книги, заполняющие все полки от пола до потолка.

Перед камином лежит пушистый ковер, по бокам стоят два огромных дивана, которые так и просят вздремнуть на них. У стеклянной стены — широкий простой письменный стол с двумя мягкими креслами напротив него. Алекс смотрит на реку, положив руку на мягкое кресло.

— Ты сомневаешься, — говорит он, не глядя на меня.

— Нет… да, — говорю я со вздохом. — Просто это неправильно. — Я снова оглядываю комнату, ошеломленная ее размерами.

— Ты чувствуешь себя не в своей тарелке. Дело в этом, не так ли?

Он поворачивается ко мне лицом, снова засовывая руки в карманы.

— Не знаю. Буду честна с тобой, я разрываюсь.

— Потому что ты хочешь поступить правильно, но также хочешь помочь своей бабушке. Я понимаю это. И знаю, что ставлю тебя в тяжелое положение. Но тебе нужно понять, что ты можешь сделать это, и тогда все эти вещи, — говорит он, поднимая руки и разводя ладони, — все это не имеет значения. Это все ерунда. Главное — это семья. Забота друг о друге. Забота о своей семье. И именно поэтому ты делаешь это. — Он подходит ко мне ближе и рукой касается моего лица. — Ты принадлежишь этому месту не меньше, чем я. И если у тебя были какие-то сомнения по поводу твоего присутствия на бале в прошлом месяце или сегодня вечером, ты должна отбросить их. Потому что, даже не находясь там, я знаю, что ты будешь самой очаровательной и красивой женщиной. Это точно. В соседней комнате, где тебя ждут, чтобы одеть и накрасить, все, что они делают, — это придают блеск и без того сверкающему бриллианту.

Слова Алекса звучат правдиво. Видно, что он верит в то, что говорит. И когда я поднимаю голову и смотрю ему в глаза, у меня перехватывает дыхание. Что происходит? Он придвигается ко мне чуть ближе. И касается своим лбом моего. С низким рычанием он поворачивается и отходит к окну, засунув руки обратно в карманы и уставившись на реку.

— Иди, готовься к свиданию. Просто помни об этом соглашении, эти отношения, которые у тебя с ним будут, должны быть чисто физическими, насколько ты этого хочешь. А что касается сегодняшнего вечера, помни: что бы ни случилось, ты вернешься домой, сюда, ко мне.

Я сижу на заднем сидении лимузина, вокруг меня разложено мое полуночно-синее платье. Материал — плотный шелк с вплетенными в него серебряными нитями, отчего платье похоже на ночное звездное небо.

Несмотря на то, что я уже однажды проходила через это, меня все равно поражает, как легко это трио может превратить меня из обычной Карины в прекрасную принцессу.

После нашей встречи в библиотеке я не видела Алекса. На мгновение мне показалось, что он собирается меня поцеловать. На мгновение мне захотелось, чтобы это произошло. Я не могу отрицать, что испытываю к нему какие-то чувства, поэтому так упорно твержу бабушке, что он — твердое «нет».

Он так помог мне с бабушкой. И находился рядом, когда мне действительно нужна была помощь. Но у нас с Алексом нет никаких отношений и не будет. Все, что происходит между нами, — это максимум дружба.

И все же мне интересно узнать о нем. Хочется понять, какой он на самом деле.

Я опускаю стекло между Реджи и мной. Реджи смотрит на меня через зеркало заднего вида.

— Вам что-нибудь нужно, мисс? — спрашивает он.

— Нет, спасибо, Реджи. Я просто подумала, не задать ли мне несколько вопросов.

— Конечно, я буду рад помочь, чем смогу.

— Мне интересно узнать об Алексе.

Реджи прищуривает глаза в зеркале.

— Могу я спросить, почему?

— На самом деле я не знаю. Просто не понимаю, почему он это делает. Как он мог сделать что-то настолько хорошее, как с моей бабушкой, а потом взять и попросить меня разбить сердце другому человеку?

Реджи медленно кивает. Его глаза смотрят на меня через зеркало заднего вида, а затем возвращаются на дорогу перед ним.