Читаем Дни боевые полностью

Передовые подразделения гвардейцев-десантников вели бой за крупный населенный пункт Сталино. Ворвавшись на его северо-восточную окраину, они завязали уличные бои.

Продвигаясь вслед за передовыми частями, я медленно пробирался на "додже" по занесенной снегом дороге, Миновав кладбище, въехал на восточную окраину села. Для меня и передовой группы штаба комендант наскоро подготовил несколько крестьянских домиков. На западной окраине еще шел бой, а на восточной устраивались штабы, развертывались средства связи.

Войдя с морозца в натопленную хату, я почувствовал страшную усталость после бессонных ночей. Под утро, когда бой затих, я позволил себе короткий отдых. Через час - полтора меня подняла оглушительная автоматная стрельба.

- В чем дело? - спросил я у адъютанта, вскакивав с койки.

- Не могу знать!..

Адъютант кинулся к телефонам и стал выяснять положение у начальника штаба, а я, накинув на плечи шинель, вышел на улицу.

Светало. Ветер стих. Небо прояснилось.

Автоматы заливались в центре села и дальше у его западной окраины. Разрывая их трели, раза два - три с треском ухнули ручные гранаты.

"Неужели контратака?" - подумал я.

Пока я размышлял, стоя на улице, а мой адъютант вел переговоры с начальником штаба корпуса и командиром дивизии, стрельба прекратилась.

Через десять минут мы узнали о причинах стрельбы.

Выбив противника из села и организовав преследование, гвардейские подразделения в темноте, по мере подхода, разводились по улицам и размещались по домам для обогрева и отдыха.

На рассвете подошли походные кухни с завтраком, улицы и дома после небольшого затишья вновь ожили. И тут выяснилось, что гвардейцы занимали не все дома, во многих из них спали гитлеровцы.

Узнав, что село занято советскими войсками, фашисты попробовали незаметно улизнуть. Но было уже поздно. Становилось светло, и появление их на улицах сразу же было замечено.

Наши войска быстро навели порядок. Видя безвыходность положения, двести гитлеровцев сложили оружие и сдались в плен.

Не раз смеялись потом гвардейцы-десантники, вспоминая этот случай.

История смешная, но могла она закончиться для нас печально.

* * *

Бои по прорыву промежуточных рубежей, при форсировании рек и за крупные населенные пункты и города войска корпуса вели главным образом ночью. Рассчитывать на успех в светлое время мы не могли: наши соединения и части были не так уж сильны. Численность дивизий со времени выхода на Днепр сократилась в два с лишним раза. Их боевой состав не превышал трех тысяч человек. В дивизиях осталось немного артиллеристов, минометчиков, связистов, саперов, химиков и совсем мало пехоты: стрелков, автоматчиков, пулеметчиков - по 20 - 30 человек на роту.

Обычно бой протекал так. Наступая в своей полосе, дивизия наталкивалась на сопротивление противника. На лесных посадках и на окраинах небольших хуторов появлялись вражеские танки и самоходки и своим огнем преграждали путь нашим войскам. Колонна развертывалась. Вперед выдвигались головные подразделения и орудия сопровождения. Орудия прочесывали посадку, а пехота обтекала ее с флангов. Враг не выдерживал и отходил на промежуточный рубеж. Затем наши войска натыкались на подготовленную полосу, окончательно сковывались огнем и развертывались в боевой порядок. Пехота перебежками сближалась с противником и залегала. На этом бой замирал до вечера.

С наступлением темноты командир дивизии стягивал на избранное для прорыва направление все, что имел в своем распоряжении: полковую и дивизионную артиллерию и пехоту.

После некоторого затишья поле боя оживало. За артиллерийским налетом прямой наводкой следовал шквал автоматического огня. Пехота шла в атаку.

Неподготовленные к ночным боям гитлеровцы не выдерживали и откатывались. Наши войска преодолевали очередной промежуточный рубеж и получали возможность совершить следующий бросок вперед.

Пленные гитлеровцы отдавали должное умению советских войск вести ночные бои. Они говорили: "Днем русские ведут разведку передовыми частями, а узнав наши слабые места, стягивают к ночи главные силы и прорываются".

Наиболее напряженные бои корпус вел за город Вознесенск, за Южный Буг и под Раздельной.

Прикрываясь арьергардами, части 384-й пехотной, 24-й танковой и 16-й моторизованной дивизии противника к 21 марта отошли и заняли заранее подготовленный рубеж в 8 - 10 километрах ссверо-восточнее и восточнее Вознесенска. Фланги рубежа упирались в реку Южный Буг, опоясывая город полукольцом. Кроме перечисленных дивизий, в полукольце оказались также части 76-й и 257-и пехотных дивизий врага.

Задачу на штурм Вознесенска, выход на восточный берег Южного Буга и форсирование его с ходу корпус получил еще 20 марта.

Развернув все четыре дивизии в один эшелон, я решил сломить сопротивление противника одновременным ударом во всей своей десятикилометровой полосе.

В 21.00 после короткой огневой обработки переднего края корпус атаковал.

Несмотря на огромные усилия, сломить сопротивление врага и выполнить поставленную задачу нам не удалось. За ночь дивизии смогли продвинуться лишь на 2- 3 километра.