Читаем Дневник рака полностью

Кто виноват и что делать? Конечно, теоретически я избавилась от юридических обязательств. Хорошая девочка – отличница, идеально запланировала и осуществила развод. Очень аккуратно, корректно и точно – даже не к чему придраться! Но будучи, по-своему заблуждению, знающим и опытным психологом, я не подумала по поводу подводных камней. О своей слабой стороне – сыне. Он оказался моей Ахиллесовой пятой. В момент, когда я уже избавилась от всех эмоциональных мучений после развода, сын мне "показал небо в алмазах". Папа оказался лучшим, самым любимым человеком в мире. Папа, который не хотел его появления! Конечно, сын не имел понятия об этой тайне отца. Оказалось, сын любит отца и хочет жить с ним! Это было потрясением, я то думала, что самое трудное будет получить развод в принципе, но получить юридическую свободу было проще, чем справиться с внезапно возникшим желанием сына жить, как раньше, вместе с отцом. Мысли о разводе часто посещали меня в последние четыре года брака, но я думала, что это невозможно, так как мы венчались в церкви, и священник сказал – это на всю жизнь. Но прошло время, я выросла, изменилась, изменились и законы. После последних изменений в Гражданском кодексе появилась возможность разводиться более цивилизованно, без судебных тяжб.

Недавно я, при помощи опытного юриста, затребовала алименты на детей у мужа. Тем самым, я уже знала юриста, с которым могла бы разрулить дело о разводе. Еще раньше, когда у нас с мужем был так называемый психологический кризис отношений – 7 лет брака (как написано в психологических книгах), я получила свою первую свободу – уехала от мужа из деревенского дома и взяла кредит на жилье СЕБЕ. Впервые в жизни недвижимость принадлежала мне. В то время я уже пыталась жить отдельно, без мужа, только с детьми. Жила у родителей, пока делали ремонт. Как я ушла от мужа? Очень просто, я страдала полгода от его пьянства. Каждый день ездила на работу, водила детей в детский сад, школу, но по вечерам меня, как обычно, встречал пьяный муж. Я пыталась разговаривать, объяснять, ругаться. Но чем больше я старалась, тем больше он меня игнорировал. В один солнечный вечер я приехала домой с детьми , муж был опять пьян, я ему читаю лекцию, а он в ответ: "Ты давай лекции сама себе!" И уходит от меня, смеясь. Я села на ступеньки дома и начала горько плакать и жалеть себя. Я плакала о своей судьбе, пока в моей голове не зазвучало слово-спасение – ДОСТАТОЧНО! Это было мое первое СТОП-слово, которое помогло мне сделать такой сильный рывок к свободе. Болезнь Эммы была вторым СТОП-словом! Я прекратила свое бесполезное и жалкое существование. Плач может быть бесполезным, но пока я держала все внутри, ничто не менялось, я приспосабливалась, а не действовала. Эти слезы были последней каплей. Я встала на ноги, быстро собрала все необходимое для детей, для себя, позвала детей и уехала. Это было не так легко, как я пишу, потому что муж каждый раз, когда я хотела уйти от него, физически удерживал меня, забирал ключи от машины или придумывал что-то еще более сумасшедшее – отключал аккумулятор, другими словами, занимался психологическим насилием… Пока я позволяла. Я села за руль, дети сзади, и стала думать, что делать дальше, и вдруг в глаза мне попалась на сиденье забытая местная газета с объявлениями, которую я недавно листала, и вспомнила одно объявление о продаже квартиры. Цена была самая подходящая, и хорошее расположение, близко к школе, детскому саду. Я оставила детей у мамы и сразу же позвонила.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Отмытый роман Пастернака: «Доктор Живаго» между КГБ и ЦРУ
Отмытый роман Пастернака: «Доктор Живаго» между КГБ и ЦРУ

Пожалуй, это последняя литературная тайна ХХ века, вокруг которой существует заговор молчания. Всем известно, что главная книга Бориса Пастернака была запрещена на родине автора, и писателю пришлось отдать рукопись западным издателям. Выход «Доктора Живаго» по-итальянски, а затем по-французски, по-немецки, по-английски был резко неприятен советскому агитпропу, но еще не трагичен. Главные силы ЦК, КГБ и Союза писателей были брошены на предотвращение русского издания. Американская разведка (ЦРУ) решила напечатать книгу на Западе за свой счет. Эта операция долго и тщательно готовилась и была проведена в глубочайшей тайне. Даже через пятьдесят лет, прошедших с тех пор, большинство участников операции не знают всей картины в ее полноте. Историк холодной войны журналист Иван Толстой посвятил раскрытию этого детективного сюжета двадцать лет...

Иван Никитич Толстой , Иван Толстой

Биографии и Мемуары / Публицистика / Документальное
Мсье Гурджиев
Мсье Гурджиев

Настоящее иссследование посвящено загадочной личности Г.И.Гурджиева, признанного «учителем жизни» XX века. Его мощную фигуру трудно не заметить на фоне европейской и американской духовной жизни. Влияние его поистине парадоксальных и неожиданных идей сохраняется до наших дней, а споры о том, к какому духовному направлению он принадлежал, не только теоретические: многие духовные школы хотели бы причислить его к своим учителям.Луи Повель, посещавший занятия в одной из «групп» Гурджиева, в своем увлекательном, богато документированном разнообразными источниками исследовании делает попытку раскрыть тайну нашего знаменитого соотечественника, его влияния на духовную жизнь, политику и идеологию.

Луи Повель

Биографии и Мемуары / Документальная литература / Самосовершенствование / Эзотерика / Документальное