Читаем Дневник рака полностью

Собрала несколько вещей и поехала с мамой к ней в загородный дом, где они живут летом. Я все еще находилась в шоке, не могла отделаться от ужаса, что со мной произошел. Перед моим глазами все время было его красное лицо, кровавые глаза. Мне не хватало воздуха, нормально не могла дышать. Но я знала, что жива, и это самое главное. Мамин муж налил мне стакан шнапса, я выпила, но это не помогло. Мы долго разговаривали, ушли спать уже поздно ночью. Я приняла корвалол, но это не помогло, я дрожала в постели, словно лист на ветру, читала молитвы, это не помогло. Снова выпила корвалол, мама лежала со мной и успокаивала меня, как маленького ребенка. В конце концов, я уснула. Утром я побежала за запросом экспертизы по заявлению инспектора. Когда я шла и искала кабинет эксперта, у меня тряслось сердце, но какая-то сила толкала меня вперед, я знала, что у меня есть правда, если я этого не сделаю, он доведет свои угрозы до конца. Я думала, мне нужно быть сильной, мне нужно сделать это ради себя, ради детей, ради мамы. Эксперт оказался приятным мужчиной в возрасте.

'Что с вами случилось?' – спросил он и посмотрел на меня через очки. Я передала заявление инспектора, эксперт вызвал ассистента. Он измерял линейкой синяки на шее, руках, на лице. Ассистент записывала его слова в документ. Когда я вышла из кабинета, мне стало легче, камень упал с души, настроение уже не было таким удручающим. Появилась надежда на то, что мне окажут поддержку, я не одна, я смогу защитить свои права. Эксперт обещал передать результаты экспертизы полиции, но деньги он не взял, хотя инспектор была не уверена, что процедура будет платной. Теперь я ждала каких-то действий от полиции.

Прошло уже пять дней, но от полиции никаких вестей, я боялась появиться дома, потому что у него до сих пор был ключ от квартиры. Когда я увидела его на мгновение на следующий день из-за ремонта, даже на фоне присутствия детей, я сразу же погрузилась в панику, моим сознанием управляло только одно желание, единственная мысль – как можно быстрее и дальше убежать от него. На пятый день после события паника снова овладела мною, как только я увидела его у квартиры. Ему удалось очень эффективно вылечить меня от зависимости – теперь, за исключением паники и страха, я ничего хорошего к нему не испытываю…

…Сегодня мамин муж целый день посвятил ремонту ванной комнаты, я купила всё необходимое для установки пластикового потолка, было трудно сосредоточиться, но вместе с консультантом из магазина и с рекомендациями дедушки я справилась…

…По словам бабушки, внучка начала активно реагировать, всё еще находясь под наркозом, она пыталась изо всех сил подняться с кровати и сесть. Все мониторы показывали, как растут цифры. Мы испугались и позвали медсестру. Она сразу пришла к нам и объяснила, что Эмме уже пора просыпаться, потому что время наркоза подходит к концу. Медсестра пояснила нам: "Я сейчас выключу искусственную ветиляцию легких, потому что ребенок уже должен дышать самостоятельно." Как я переживала, тысяча мыслей как тараканы бегали в голове – хватит ли сил моей девочке, может, не надо выключать кислород, ведь она всё еще без сознания. Ей и так трудно, а ей еще придется и дышать самостоятельно! Мой ум успокаивал мое тревожное сердце – медики знают, что делают, они же не причинят ребенку вред. Всё происходящее для меня было настолько шокирующим, что я думала – как ужасно, хуже не бывает. Но жизнь показала, что бывает! Температура поднялась, медсестра успокоила нас – это нормальная реакция, организм борется. Не знаю, сколько мы так стояли, я бы стояла все время, но медсестра попросила нас позволить Эмме отдохнуть, успокоила, что медперсонал профессионально работает и контролирует все…