Читаем Дневник рака полностью

Он был прав! Я убедилась в правильности этого высказывания уже дважды. Впервые, когда рожала второго ребенка, хотя после первых родов я говорила, что больше никогда рожать не буду. Второй раз, когда наслаждалась концертом. Через год я забыла не факт болезни, а негативные эмоции, пережитые в тот период. К словам профессора о женщине я хочу добавить свое наблюдение – женщины, благодаря особенностям своей психики, многократно прощают. Возможно, именно поэтому я так долго пыталась сначала с мужем, а потом с Бывшим восстановить отношения. Я быстро забывала негативные эмоции, пережитые в постоянных конфликтах. Я помнила конфликт как факт, но быстро забывала, насколько больно было ссориться, слушать оскорбления и чувствовать себя униженной. После разрыва, девять месяцев подряд каждые три недели повторялись эти кошмары. Три недели он жил у меня в квартире. Потом начинал пить. Сначала это было, как будто, незаметно, потом доза повышалась до состояния, когда все становилось очевидно. И тогда я каждый раз спрашивала себя: 'ПОЧЕМУ СНОВА?' И еще много всяких ненужных философских глупостей. Мы ссорились, и он с облегчением радовался – наконец-то можно напиться как следует! Уезжал в деревню и там жил три недели, не беспокоясь о домашних делах, о кружках, о завтраках и ужинах, о том, что дети будут есть днем. Я эти три недели, как хорошая мать, обеспечивала детей всем необходимым для нормальной жизни и страдала, играла роль матери-героини и жалела себя, бедняжку. После трех недель он приходил в себя, переставал пить на время и успешно боролся с моим недоверием, красиво заливая о том, что он все понял и начал жизнь с чистого листа. Трудно сказать, что шло первым – оскорбления, унижения, плач или прощение. Но все эти друзья шагали дружно рядом. Я обеспечила себе такую радостную жизнь на девять долгих месяцев после развода…"

…Приехал отец детей, опять с запахом алкоголя. Сидел в комнате с сыном, потом я полчаса проветривала комнату от этого ужасного запаха.

Начала программу 'Люби себя, если хочешь, чтобы тебя любили другие'. Купила себе новое пальто, дочке красивую кофточку, бабушке стильный пуловер на Рождество. Очень ждала праздников, надеясь, что вместе с наступлением Нового года закончатся старые заботы…

…В больнице я взяла с собой ноутбук и работала днем, поэтому моего отсутствия на работе особо никто не заметил. Удаленный контроль тоже работал эффективно. Рабочий телефон тоже был со мной, поэтому я очень много работала днем. Эмме назначили многочисленные обследования, в это время я узнала о билирубине, у дочери этот показатель значительно превышал норму. Из-за него, как оказалось, развилась механическая желтуха и так долго держалась желтизна. Обследования заняли долгие три недели. Последним решающим был магнитный резонанс. После него мы уже могли точно знать, что происходит с нами и что будет дальше.

В это время я многому научилась: взятка – это норма, если хочешь, чтобы твой ребенок жил. Это был мой первый опыт 'благодарности'. Как мне было неловко материально мотивировать врача! Я просто никогда этого не делала и не знала правил игры. Я знала только одно – моя дочь должна жить. План реализации благодарности я обсуждала с многими людьми, кроме одного. Верно, мужа! Его не интересовали проблемы благодарности, он сидел с маленьким сыном на больничном и заливал проблемы. У него не было времени даже подумать о конкретных действиях для спасения дочери. Он наслаждался своем пьянствованием, звонил мне в больницу, как обычно, пьяный и плакался о несчастной участи бедной дочери. Когда он звонил, услышав его пьяный голос, я не тратила свое время и нервы, и бросала трубку. Когда он звонил трезвым, обычно утром, просила не звонить в неадеквате. Он, конечно, обещал, но ситуация постоянно повторялась. Мне уже стало все равно, я осознавала, что муж сам без моего контроля не справится с пьянством. Я поняла, что он будет пить в любом случае, особенно сейчас, когда есть повод. Меня уже не беспокоили наши отношения с мужем. У меня не было ни желания, ни времени, ни сил, ни энергии даже думать об этом вообще.

Очень ярко помню, как один вечер я лежала с Эммой в палате больницы, держала ее маленькую ручку в своих, и просила, чтобы болезнь перешла от ручки Эммы на меня. Она была такой хрупкой и красивой в этот момент – настоящий ангелочек. Мне было так плохо, но я старалась улыбнуться. Дочь, глядя мне в глаза, спросила:

'Мамочка, что с тобой? Почему ты такая грустная? Все же хорошо! Меня же вылечат!'