Читаем Дневник медсестры полностью

Коппола Дарья


Дневник медсестры

Понедельник

Теперь как на наше отделение заходишь – большой фикус. Листья мясистые, аппетитные.

В остальном как обычно: две клизмы, пять капельниц, совещание, клейка этикеток, переклейка этикеток.

Дмитрий Алексеевич, наш новый. Молодой, но очень перспективный. Строгий. Светку не взлюбил, а меня отнюдь, хи-хи.

Купила вкусный сыр. Засыпала долго. Мечтала всё. Хотелось необыкновенного.

Вторник

О! Кто у нас в девятой! Знаменитость! Теперь уже, правда, без желчного пузыря. На экране он моложе, но все равно хорош. Просил посидеть с ним, руку брал, щекотал ладошку. Чуть не возбудилась.

Вечер. Испытание соседями.

Перед сном смотрела «Скорую помощь». Смеялась.

Среда

Весь день сидела на диете. Потом съела ватрушку, потом еще одну (очень есть хотела).

Выдавали спецодежду. Кто и зачем придумал прозрачные халаты?

Заходил Дмитрий Алексеевич. Был минут десять. Чего-то хотел, но не сказал. У нас с ним странным образом совпали все ночные дежурства.

Люська Ивановна опять недовольна. Долго ее выслушивала. Искала рифму к слову «сука».

Ничего не хотелось. Только спать.

Четверг

Борис Аркадьевич развлекал нас рассказом про дисфункцию.

После обеда долго икала. Меня жалели и пытались напугать.

На ночь пересматривала «Город ангелов». Снова слёзы.

Пятница

Столько проблем с самого утра, столько проблем… Апельсины осыпаются прямо в бассейн, прислуга не справляется. Конюх волосами на груди зацепился за кактус – на работу не вышел.

Вечером прием. Два десятка мужчин в смокингах, многие мачо, а я одна, а мне еще обнову не подвезли. Опоздают или не подойдет чего – отменять? Надо ж было так похудеть – двадцать восемь платьев и все висят.

Себастьян обещал Моне, опять цену заломит, негодяй. А что делать? Я на натуральное море больше смотреть не могу – глаза слезятся.

Власти острова собираются запрещать загорать на яхтах без купальника. Какая наглость, мои яхты, как хочу, так и загораю!

Вертолетная площадка опять заросла киви. Вот папараццам раздолье!

Одно радует – Светке еще тяжелей. У неё то домище на 15 спален против моих 8!

Журнал «Недвижимость в Испании» Кто-то на тумбочке забыл.

Суббота

Ночное. Д.А. читал стихи. Видимо, свои собственные, бедняжка. Делала вид, что мне грустно от его стихов. Просила в следующий раз что-нибудь веселое.

Воскресенье

У Мишки на станции каталась на аквабайке. Класс! Ка-а-к разгонишься, та-а-к… ну, короче, мужчины не нужны!

Был там и мой ББЛ (Бывшая Большая Любовь) с какой-то шваброй. Загорел, выглядит на миллион. Меня увидел, швабру забыл, глаза посоловели. Знаем мы эти взгляды. Нет уж, дружище. Упустил счастье? Кусай локти, грызи когти.

Уснула быстро, спала крепко.

Понедельник

14 клизм до обеда. Обед. Приятного аппетита, Даша! Спасибо, Борис Аркадьевич!

Фикус вянет. Кто-то в него сливает.

Сон снился. Детский утренник. Я в костюме редиски. Выхожу, а в зале одни мужики. С маслом её, – кричат, – с маслом!

Вторник

С утра опять мотоциклист. Молодой, красивый, на Брэда Пита похож. К обеду умер. Я разревелась чего-то. Дураки-мальчишки.

Борис Аркадьевич: «Даша, работайте вдумчиво. Вы же хотите стать врачом».

Не хочу я врачом. И медсестрой не хочу. Я…я…я поэтесса!

Долго сидела в чате.

Среда

Вот получу зарплату да как пойду косметику покупать! Запахи, запахи…Очарование моё. Напоите меня вином, подкрепите меня яблоками, очаруйте меня запахами, ибо я изнемогаю…хи-хи…без любви.

Домовой приходил. Похож на мужчину, только мелкий очень. Схожу-ка я на дискотеку.

Четверг

О виртуальных романах. Стихи, нежные письма. Первый чат, второй чат, чат с приватом, приват с приветом. «Буду в субботу в Питере». Доигралась, старушка. Волнительно, блин. Свидание назначено на мосту. Между четырех грифонов. Будет мокруха – как говаривал сильный женский образ в «Интервенции».

Очень хочется необыкновенного.

Пятница

Грядет комиссия. Даша! Спасайте фикус! Подвязала, прополола, расправила, веток понатыкала. Старалась, даже язык высовывала. Получилось икебанисто!

Д.А. поймал меня на обеде и увлеченно рассказывал, сколько возможностей дает интернет современной медицине. А еще говорит, я там такой стих нашел про гинеколога, я вас буду смешить в ночном. Уже смешно.

Но это же надо, столько знать и так скучно рассказывать!

Читала В. Павлову. Весь вечер была как не своя. Как В. Павловой.

Суббота

Выходной. Готовность 5 секунд. Зеркало, присела, встала, пошла.

Воскресенье

Ничего его не интересует, кроме моих восторгов по поводу его же стихов. Не хочу его больше видеть. Плакала. Вот вам и мокруха.

Мама обижается, что не приехала на выходные. Мама не горюй. И, пожалуйста, не болей. Я буду, буду хорошей девочкой, только не болей.

Понедельник

Утром думаешь: где я? И просыпаешься.

У Люськи Ивановны перерасход шприцов. Так, а я причем?

А жалко все это бросить. А может и не жалко. Москва, как много в этом звуке, в этом шуме, в этом гуме…

Перейти на страницу:

Похожие книги

Дорога
Дорога

Все не так просто, не так ладно в семейной жизни Родислава и Любы Романовых, начинавшейся столь счастливо. Какой бы идиллической ни казалась их семья, тайные трещины и скрытые изъяны неумолимо подтачивают ее основы. И Любе, и уж тем более Родиславу есть за что упрекнуть себя, в чем горько покаяться, над чем подумать бессонными ночами. И с детьми начинаются проблемы, особенно с сыном. То обстоятельство, что фактически по их вине в тюрьме сидит невиновный человек, тяжким грузом лежит на совести Романовых. Так дальше жить нельзя – эта угловатая, колючая, некомфортная истина становится все очевидней. Но Родислав и Люба даже не подозревают, как близки к катастрофе, какая тонкая грань отделяет супругов от того момента, когда все внезапно вскроется и жизнь покатится по совершенно непредсказуемому пути…

Александра Маринина , Александра Борисовна Маринина

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза
Моя борьба
Моя борьба

"Моя борьба" - история на автобиографической основе, рассказанная от третьего лица с органическими пассажами из дневника Певицы ночного кабаре Парижа, главного персонажа романа, и ее прозаическими зарисовками фантасмагорической фикции, которую она пишет пытаясь стать писателем.Странности парижской жизни, увиденной глазами не туриста, встречи с "перемещенными лицами" со всего мира, "феллинические" сценки русского кабаре столицы и его знаменитостей, рок-н-ролл как он есть на самом деле - составляют жизнь и борьбу главного персонажа романа, непризнанного художника, современной женщины восьмидесятых, одиночки.Не составит большого труда узнать Лимонова в портрете писателя. Романтический и "дикий", мальчиковый и отважный, он проходит через текст, чтобы в конце концов соединиться с певицей в одной из финальных сцен-фантасмагорий. Роман тем не менее не "'заклинивается" на жизни Эдуарда Лимонова. Перед нами скорее картина восьмидесятых годов Парижа, написанная от лица человека. проведшего половину своей жизни за границей. Неожиданные и "крутые" порой суждения, черный и жестокий юмор, поэтические предчувствия рассказчицы - певицы-писателя рисуют картину меняющейся эпохи.

Александр Снегирев , Елизавета Евгеньевна Слесарева , Адольф Гитлер , Наталия Георгиевна Медведева , Дмитрий Юрьевич Носов

Биографии и Мемуары / Проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза / Спорт