Читаем Дневник Марты полностью

Я никому неизвестный художник, сегодня понедельник, это не тот день недели, в который большинство людей идут отдыхать, место для выставки, которое я выбрала, не является Лувром или Эрмитажем, для чего оно предназначалось я даже не догадываюсь, его я нашла случайно, гуляя по улице.

Увидела надпись о сдаче в аренду,  подойдя поближе и подсмотрев в окна, я кроме как стен и куч мусора ничего не увидела, да и сейчас  мало что изменилось, рабочие только за день до открытия успели вывезти весь хлам, а монтаж картин был закончен буквально за час до начала, не говоря  уже о вывеске, вернее сказать об отсутствии таковой.

Рекламой тоже никто не занимался, были только пара постов в социальной сети, без излишнего пиара, только дата, адрес и фото одной из моих картин.

По всем параметрам сегодня я могла рассчитывать  лишь на пару случайных посетителей, но все удивительным образом оказалось наоборот.

Они продолжают идти.

Омрачил меня только один факт. Какая-та женщина настойчиво названивает мне с вечера. Первый раз, когда я взяла трубку, она просила снять с выставки почти половину картин. Второй раз она уже требовала закрыть всю галерею.

Кто эта женщина и почему я должна закрыть выставку я не могла предположить. Может быть, кто-то так просто пошутил и это не редкий случай на подобных мероприятиях. Не знаю.

Я поставила телефон на беззвучный режим и больше не отвечала.

Подъехали репортеры и почему-то три машины полиции.

Журналисты сразу же начали устанавливать камеры, а полицейские ушли за угол.

Я решила не показываться.

За меня интервью дадут мои картины, надеюсь, они смогут ответить на все вопросы.

У меня не получилось исчезнуть незамеченной. Один из репортеров, мужчина с двумя камерами на перевес, кажется, разоблачил меня.

Он не сводил с меня глаз, а сейчас одел темные очки и идет прямо ко мне.

Что делать? Если побегу, то привлеку внимание других журналистов, они вмиг окружат меня и до вечера будут мучать своими вопросами, остаться на месте – тем более облепят.

Когда репортер был уже близок, боковым зрением я заметила узкий, но сквозной коридор между высотками, который скорее всего выводил на проспект.

Это был шанс.

В два прыжка я достигла стены, юркнула в проход и протиснувшись сквозь бетонные тиски, оказалась на газоне с цветами.

Внутреннее чутье меня не подвело, впереди действительно была оживленная улица.

Отряхнувшись, я неспешно, с чувством какой-то победы, пошагала к автобусной остановке.

Маршрутку я прождала минут сорок, но она так и не подъехала, и я отправилась домой на красно-белом трамвайчике, который соблазнил меня своим видом.

В его больших глазах и высунутом на бок языке было что-то мультяшное и смешное.

Легкое покачивание и стук колес убаюкало меня.

Когда я открыла глаза, то вздрогнула от неожиданности.

Там в конце вагона сидел тот мужчина, репортер.

Он злобно смотрел на меня, клацал зубами, но не подходил.

Получается, репортер, все-таки, проследил за мной и нагнал трамвай.

Но что ему нужно от меня?

Я проехала еще пару остановок, вышла на Ценральной и направилась в сторону торгового центра.

Я не оборачивалась, но чувствовала, что репортер идет за мной по следам.

С каждым шагом его дыхание становилось все ближе и ближе.

– Что вам надо? – резко развернувшись спросила я.

Ответа я не услышала.

В ту же секунду что-то сверкнуло перед моим лицом, и я погрузилась в темноту.

Я лежу на земле.

Почему-то мне очень холодно. Очень.

Я стараюсь не дрожать, чтобы не пугать моего ангелочка.

Разноцветные лепестки и запах сирени.

Здесь так хорошо, нет бессмысленной суеты и грязи.

Рай существует и для этого не обязательно умирать.….