Читаем Дневник Касуми полностью

На перемене я, как всегда, стояла у окна, смотрела на чистое и лучезарное небо, на белые пушистые облака, на случайных прохожих, на деревья, медленно раскачивающиеся ветром. Я и не заметила, как все ученики покинули класс. Было тихо и хорошо. Мне нравилась эта атмосфера: тишина, одиночество, и это моя тема. Вдруг я услышала шорох, обернулась и увидела Кеншина. Кеншин – староста класса, умный парень и с хорошим чувством юмора. Любая девушка была бы рада находиться возле него или стоять, или даже дышать рядом с ним. Но меня он не волновал, и к тому же я особо не интересовалась парнями. Я даже и представить не могла себя рядом с кем-то вроде него, идущими, взявшись за руки. Кеншин, извинившись за то, что оторвал меня за любимым занятием, начал свой монолог: «Вот, захотелось поговорить с тобой. Уже третий год учимся вместе, а так редко общаемся. Ну, в общем, я знаю, что ты и Аканэ лучшие подруги, не разлей вода, туда -сюда…. Столько времени вместе проводите, но хочется, чтобы и мне больше уделялось…». Я недоуменно слушала его, потому что не понимала, о чем он говорит. Но позже до меня дошло, в чем дело. Кеншин продолжил свою монотонную речь: «Я и Аканэ встречаемся. Короче говоря, теперь вы реже будете видеться, потому как я теперь ее лучший друг и парень в одном лице. Если хочешь, чтобы она была счастлива, ты это сделаешь. Обзаведись друзьями, но не надо привязываться к одному человеку и крепко держаться за него. Отпусти ее, я буду ее защищать. Она же за тебя переживает». Этот парень никогда не говорил со мной так откровенно, и вообще мы впервые заговорили друг с другом, не учитывая дежурных слов в обычные будние дни, что-то вроде «Привет и пока». Мне было совсем неловко, а вернее я ошарашена. Не знав, что ему ответить, я просто промолчала. Признаться честно, он меня разочаровал, а его слова так задели, что слух отказывался воспринимать их. Каким образом я могу мешать их роману? Я – помеха № 1 для Кеншина? В негодовании я все же набралась храбрости и ответила: «Ты – дурак, да? Если Аканэ счастлива, то в чем проблема? Встречайтесь, ради Бога! Но я тоже имею отношение к ее жизни. Так что тебе придется считаться и со мной». Кеншин в ответ усмехнулся и продолжил: «Ты колючая и грубая. Я хотел по-хорошему. Придется по-плохому, Аканэ жалеет тебя. Вечно говорит о том, что ты мешок, который тащит ее назад. Да она считает, что ты без нее жить не можешь. Ого, кажется, я понял… Да неужто ты любишь ее? Если ты не хочешь ее отпускать, ревнуешь, значит. Назревает лесби….». Его слова обидели меня, и не хотелось верить во все происходящее, но Кеншин настойчиво убеждал о том, что Аканэ будет лучше без меня, и скорее мое сопротивление – это нахлынувшая любовь, о котором даже и не подозревала. И в этот момент я впала в ступор, где смогла анализировать все и понять, что, возможно он прав, и я могу потерять ее. И тут мое сердце екнуло, чаще застучало, и что-то неприятное кольнуло. Высокий черноволосый парень, равнодушно окинув меня своим взглядом, ушел. А я осталась в смятении, осознав, что теряю нечто важное. Я чувствовала, что рано или поздно придет момент, когда Аканэ отдалится от меня. Я впала в отчаянное состояние не из-за слов Кеншина, я огорчилась, представив мою дорогую Аканэ в его объятиях. Но почему? А ведь правильно рассуждает Кеншин, нельзя вечно быть привязанным к одному человеку. А что Аканэ?! Она не такая, как я. Она нуждается в окружении многих разных друзей и подруг, а у нее их очень много. Мной овладел страх, что я могу превратиться из лучшей подруги в просто знакомую. Аканэ со мной проводила больше времени, чем с другими. Печально, однако, у жизни свои законы. Обдумав немного и сопротивляясь вышесказанным фактам, я заключила такой вывод: «Я не отдам ее никому. Эгоистично, наверное, с моей стороны. Но это уже решилось в тот день, когда я встретила ее». Какой-то смазливый парень смеет мне переходить дорогу? Не прощу и не отдам.