Читаем Дневник из преисподней полностью

Выспавшись и отдохнув, проголодавшись так, словно не ела несколько дней, я наконец-то покинула свою комнату и спустилась в столовую, где в это время разжигали огонь в камине и подавали ужин. Мастер и Алекс уютно устроились в креслах за столом, и при моем появлении Алекс отсалютовал бокалом, полным вина. Судя по его состоянию, бокал вина был не первым, и я позавидовала Алексу. На меня легкие алкогольные напитки этого мира почти не действовали. Более привычный к другим напиткам, мой организм даже расслабиться не мог. Иногда это сильно раздражало.

Судя по состоянию стола, ужин подходил к концу, но для меня оставалось нетронутое блюдо с рыбой, еще теплой и пахнущей так ароматно, что шансов остаться на тарелке у нее не было вообще. Мастер улыбался, глядя на то, как я расправляюсь со своим ужином, а затем поближе пододвинул тарелку с фруктами и сыром, налил чаю и положил мне на блюдце большой кусок фруктового пирога.

Пока я расправлясь со всем, что еще оставалось, Алекс подошел к камину, и облокотившись на его каменный фасад, положил еще несколько поленьев. Когда он посмотрел на меня, огонь танцевал в его глазах свой странный и завораживающий танец, и совершенно неожиданно Алекс произнес, ни к кому не обращаясь:

— Мы горечь топили в холодном вине, и образ таинственный таял в огне. Хотелось, казалось и верилось мне — опять небеса на моей стороне…

Он вздохнул, а Мастер пересел поближе к камину в огромное старое кресло и ответил ему:

— Возможно, так оно и есть, но за время вашего отсутствия Магистр дважды просил Лиину нанести ему официальный визит. Его приглашения лежат в кабинете Дэниэля. Боюсь, милорд ищет повода для ссоры с братом, которому вряд ли понравится такая настойчивость! — Посмотрев на меня, Мастер слегка кивнул, а затем вернулся к обычной манере изложения, — Возможно, ссоры не избежать, поскольку наши надежды на мир тесно связаны с твоей жизнью, Лиина. Люди верят в пророчество и в то, что ты исполнишь его.

Мастер приподнялся с кресла и достал упавший на пол шерстяной плед, затем подтянул его к коленям. Зябко поежился, несмотря на огонь в камине, и продолжил:

— Рано или поздно мы все умрем, но я хочу встретить собственную смерть, зная, что вы живы и счастливы. Я больше не хочу никого хоронить, дети мои…

Мастер замолчал. Скрестив руки поверх теплого покрывала, он долго смотрел на огонь, словно сжигал в нем свои горькие думы и мысли. Потом продолжил, не замечая, как комнату окутывает ночная тьма:

— Ты вправе сама выбирать свой путь, Лиина, и я уже не уверен в правильности своих наставлений. Правда многолика и зачастую истина скрыта от нас. Моя правда заключается в том, что смерть Магистра принесет мир этой стране. Твоя правда отрицает его убийство, даже во имя нашего блага. Истина заключается в том, что все мы зависим от твоего выбора. Ты можешь победить милорда, если захочешь, но он сделает все, чтобы ты никогда не захотела этого. И ты не сможешь вечно сохранять существующее положение, жертвуя фигурами, как в твоей игре под названием шахматы.

— А если обмен равноценный? — Я прошептала эти слова и столкнулась с глазами Алекса, явно не пытавшимися поддержать меня.

Но Мастер отмел мои возражения:

— Единственным и равноценным обменом на твою жизнь будет полное и несомненное признание Магистром своего поражения в соглашении с Дэниэлем. Слово, данное милордом, словно клятва, которую ты даешь своему Богу, Лиина, и бессмертие твоей души является залогом ее исполнения. Но залогом исполнения слова милорда являются наши души и жизни, возможно, жизни всех, кто предан принцу Дэниэлю. Твоей жертвы будет недостаточно и милорд не примет ее. Он начал эту войну и закончит ее любой ценой, даже ценой жизни своего брата и народа принца Дэниэля. Если ты встретишься с милордом и останешься с ним, он найдет способ и возможность привлечь тебя на свою сторону. Поверь мне, Лиина, люди не оценят твоей жертвы, но легко пойдут за победителем.

В камине щелкнул уголек, и треск горящей древесины прозвучал в комнате, словно выстрел, но Мастер не заметил этого в отличие от меня. Бокал Алекса давно опустел, а его голова все ниже склонялась к огню. Казалось, его мысли были далеко и заглядывали в будущее, которое рисовал Учитель, и Алекс не выдержал и встрял в разговор:

— Насколько я понимаю, присутствие Лиины в нашем мире — это возможность разрешения затянувшегося военного конфликта между Дэниэлем и его братом. Ее выбор может закончить спор. Почему Магистр торопит ее? Люди воевали годами, почему не пожить в мире еще пару десятилетий? — Алекс озвучил свой вопрос, наконец-то оторвавшись от огня и его замысловатых плясок.

Вопрос повис в комнате, словно живое воплощение родившегося недоумения, и я почти физически ощутила сомнения Мастера в наших умственных способностях: