Читаем Дневник эмигранта полностью

А помнишь русскую веснуИ сшитые тобою флаги?Как, задыхаясь от отваги,Мы верили в свою страну,Что вроде и не предала,Но как-то странно помогает,То поманит, то отвергает…Что ж, видно в ней все та же мглаЦарит, как в воздухе эпохиНаживы дух и мелкий бес,И снова ветер злых чудесДоносит горестные вздохи…Приедешь, в чашку я плеснуТебе и мне опять цикорий…Мы вспомним в череде историйИ нашу русскую весну.

«По большой и проклятой планете…»

По большой и проклятой планетеБродят души, ищущих покоя.Все дороги вытоптали этиСтранники, печальные изгои.Облаков осенних низких, серыхБродит много. И темны рассветы.И стирая времени барьеры,Шепчут строки мертвые поэты.

«Хоронят молодых, едва из школы…»

Хоронят молодых, едва из школы —Гражданская война глядит в глаза.Мы смерти составляем протоколыИ падает невольная слеза.Фальшивые герои интернетаТвердят за деньги скучные слова.Ты можешь с ними спорить до рассвета —Сломается от боли голова.Но ты — большой эстет, рисуешь кровьюПортрет на фоне горя и войны.А кто-то пробует спасти любовью,Хоть жизнь одну, достойную весны.

«Люди звереют от запаха крови…»

Люди звереют от запаха крови —Пахнет гражданской войной.Смерть ничего уже не остановит —Город от страха немой.Выдохнул, словно почуял чего-то:«Друг, если можешь, беги.Или воюй, если будет охота…»Рядом глупцы и враги.Помни, что небо над нами свинцово,И впереди только боль…Сила бесовская снова и сноваВсе умножает на ноль.

«Зачем мне все это надо?..»

Зачем мне все это надо?..Сидел бы и пил вино.Вино под названьем «Микадо»,И просто смотрел бы в окно.Где ночи легло измеренье,Где дышится легче чуть-чуть.И перед судьбою смиреньеОбозначает мой путь.

«Вот новый горизонт возможностей…»

Другу Артему Г.

Вот новый горизонт возможностей,Хотя тебе за тридцать летИ ты научен осторожности,И в большинстве не веришь в бред.Но ты еще играешь числами,Рискуешь жизнью наугадИ тянешься во тьму за смыслами,В которых виден рай и ад.Глобально противостояниеИ не вернуться никогдаТуда, где сны-воспоминанияИ радость детства навсегда.И жуткою эпохой поднятый,Что прочих превращает в тлен,Идешь свободный и непонятый,Не требуя судьбы взамен.

«Крысы в погонах, проныры, ищейки…»

Перейти на страницу:

Похожие книги

Поэты 1880–1890-х годов
Поэты 1880–1890-х годов

Настоящий сборник объединяет ряд малоизученных поэтических имен конца XIX века. В их числе: А. Голенищев-Кутузов, С. Андреевский, Д. Цертелев, К. Льдов, М. Лохвицкая, Н. Минский, Д. Шестаков, А. Коринфский, П. Бутурлин, А. Будищев и др. Их произведения не собирались воедино и не входили в отдельные книги Большой серии. Между тем без творчества этих писателей невозможно представить один из наиболее сложных периодов в истории русской поэзии.Вступительная статья к сборнику и биографические справки, предпосланные подборкам произведений каждого поэта, дают широкое представление о литературных течениях последней трети XIX века и о разнообразных литературных судьбах русских поэтов того времени.

Дмитрий Николаевич Цертелев , Александр Митрофанович Федоров , Даниил Максимович Ратгауз , Аполлон Аполлонович Коринфский , Поликсена Соловьева

Поэзия / Стихи и поэзия
Жених
Жених

Волей случая Игорь оказывается перенесён из нашего мира в один из миров, занятых эльфами. Эльфы необычные для любителя ролевых игр, но его жизнь у них началась стандартно. Любовь к красавице-принцессе, магия, интриги и война, от которой приходится спасаться в родной мир. Вот только ушёл он в него не с одной невестой, а со всеми, кого удалось спасти. У Игоря есть магия, много золота, уши, в два раза длиннее обычных, и эльфы, о которых нужно заботиться, и при этом не попасться ищущим его агентам ФСБ и десятка других секретных служб. Мир эльфов не отпускает беглецов, внося в их жизнь волнующее разнообразие смертельных опасностей и приключений.

Елена Андреевна Одинокова , Юлия Шолох , Александр Сергеевич Пушкин , Геннадий Владимирович Ищенко , Надежда Тэффи

Любовное фэнтези, любовно-фантастические романы / Поэзия / Проза / Классическая проза / Попаданцы