Камера показала картинку: изменившийся интерьер. Пространство, более вытянутое вдаль. Теплый свет настенных ламп. Металлическая полка с контейнерами для вещей. Дора, сидящая в теплом свитере крупной вязки с красным носом и носовым платком в руках. Она выглядела похудевшей.

– Много новостей. – начала она, – Постараюсь по порядку. Вначале мы сожгли дом. Не могу сказать, что это было импульсивное решение. Мы взвесили все «за» и «против», и пришли к выводу, что надо это сделать. Мы пробовали договориться со всякими сомнительными личностями, кто проживает около нас. С магами там, с экзорцистами, или как их называют?

Бабка Арга готова была приехать с другого конца страны, чтобы какими-то вениками все из дома вывести. Вообще у нее было много идей, как поступить, но, боюсь, что я не смогу ей довериться. Ей семьдесят лет, и выглядит она не очень здоровой. Общалась с нами по скайпу, который ей настроил ее внук. И, к тому же, она постоянно повторяла через каждое слово «дай бог». Дай бог, дай бог. Интуиция мне тут подсказывает, что увы.

Еще было сообщество «Сверхъестественного», там люди с полной серьезностью все это изучали. Но все, что они нам предлагали, мы и сами нашли через поисковик, просто вспоминая мифы и легенды о паранормальном.

На связь также вышли два добровольца, которые хотели зайти внутрь, хотя мы несколько раз повторили о том случае с моей рукой. Я тоже не поверила, что они будут помогать закрыть дверь, если они так рвутся внутрь.

В, общем, дом сожгли аккуратно. Подстроили, будто бы проводка загорелась. И она там у нас действительно была старая. Поскольку днем у нас было не протолкнуться, постоянно ошивались научные работники, мы сделали это ночью. Собрали вещи, вышли, подстроили пожар.

Я понимаю, что дверь будет преследовать меня в других квартирах, но существовала небольшая вероятность, что вся эта потусторонщина существует, привязанная к месту, которое было родным для этих умерших, для Ларии. И если бы дома не стало, все бы закончилось.

Но, как видишь, я тут сижу, значит… Значит, все продолжается.

Прежде чем сжигать дом, – Дора приложила палец к виску, – Вот видишь? Хотела по порядку, а мысли путаются. Прежде чем сжигать дом, мы нашли могилу Ларии, и уничтожили содержимое гроба. Темное время моей жизни. Никогда бы не подумала, что буду таким заниматься.

Сегодня меня температурило. Подхватила то ли простуду, то ли что-то посерьезнее. Иммунитет, видимо, сдал. Не удивительно. Ведь у меня уже несколько недель мучает бессонница. Засыпаю только через три часа после того, как легла. Просыпаюсь от каждого шороха. Мы сюда переехали, но тоже на время, потому что Эник обязательно будет нас искать. Вообще, может, они подключат полицию, хотя у них нет оснований. Наши с Лемом сбережения закончились, но ведь не грех влезть в кредит, когда не знаешь, что ждет тебя завтра?

В общем, о чем я? Последнее время трудно держать фокус внимания. После всех этих манипуляций проклятая дверь все равно прорезалась здесь, в прихожей. И я приняла кое-какое решение. Есть еще несколько приемов, которые нам подсказал интернет и эзотерики. Но для этого нужно вызвать Ларию и совершить все это на ней непосредственно. И я хочу сама это сделать. Лем, как и ожидалось, категорически против. Он предлагает пожить здесь месяц и подумать, поискать другие варианты. Может быть, я не смогу столько ждать, и мне придется это сделать в тайне от него.

Дора быстро поднесла платок к носу и вытерлась, глаза покраснели.

– Я уже сильно расклеилась. Куда еще тянуть? Я хотела написать завещание или собственный некролог, типа того. Хотела написать отцу и брату что-то, ну, знаешь, прощальное, что ли. Если все выйдет из-под контроля. Но, пожалуй, не стану. Просто не верю, что это станет для меня концом. Странно, но мне кажется, будто если я что-то подобное напишу, или скажу кому-то о том, что рискую умереть, то шансы на плохой исход повысятся. А пока это только предположения. Всё мне хочется верить, что я просто неправильно поняла ситуацию, и есть лазейки.

Глава XI

5 января. Семьдесят шестой день.

Включилась камера небольшого вертикального формата.

Изображение тряхнуло, качнуло в сторону, и в центре появилось лицо Доры крупным планом.

На фоне звучало равномерное пиканье – похоже, медицинских приборов. Лицо у Доры выглядело очень бледным, губы сухими, и, ярким ореолом лежали вокруг ее лица растрепанные волосы – полностью седые, разбросанные по подушке, на которой она лежала, снимая себя на телефон. А камера телефона засвечивала все белое. Изображение иногда вздрагивало. Похоже, Дора прислонила телефон к подоконнику, но придерживала, чтобы он не упал. Других деталей палаты было не видно.