Читаем Дневник Алексайо полностью

Как, как ей вылечить Филона, если всё, что у неё было это ингредиенты из Скрытых земель?! Она провела там алберовские пять лет, чтобы собрать их! Одна! Без семьи, поддержки, надеясь только на себя и свою алберовскую харизму и удачу. И она смогла! За пять лет собрала всё, что нужно, узнала, что отец и матушка были там и смогла вернуться с помощью знаменитой Покорительницей Молний. Чтобы что? Элен судорожно вдохнула, быстро привела свое лицо в порядок и стремительно подошла к сумке, судорожно ища блокнот в кожаном переплете. Она пролистала страницы и шла к столу. Элен критично посмотрела на чернильницу, чернила свежие её удовлетворили. Она макнула перо в чернила и начала записывать все свои вопросы и мысли. Элен принялась с аккуратностью распаковывать самое важное, что у неё было – ингредиенты для лекарства, произрастающие лишь в Скрытых землях. Элен пораженно смотрела как, на первый взгляд, обычные растения и минералы, находящиеся в магических стеклянных сосудах, имели большую ценность даже в скрытых землях. Бутон цветка тускло сиял, а стебель же имел фиолетовый цвет. Блинные лепестки бледно-голубого цвета и вовсе были ядовитого цветка, однако, его листья имели сильные целебные свойства. Бутон хрустального цветка, листья лунного цветка, лепестки ядовитой лилии. Он знала, что именно их части будут использоваться, даже если в сосудах находился все части цветов. Элен едва сдерживала слезы, смотря на свои записи, когда она пыталась экспериментировать в теоретической части приготовления лекарства. Все её записи заканчивались неудачей в теории. Речи о практическом применении слишком ценных ингредиентов и не шло.

– Сестра, – тихо позвал Филон, положив руку на плечо.

Элен вздрогнула и обернулась. Филон смотрел на неё с мягкими и понимающими глазами. Он настолько походил на Алекс, что Элен едва не разрыдалась. Филон протянул ей книгу в твердом переплете, покрытую какими-то символами, скорее всего, книга запечатана. Он пожелал ей хорошо отдохнуть и оставил её одну. Элен опустилась на стул, осматривая книгу, которая скорее всего и была тем дневником, что упоминал Филон. Дневник выглядел обычным, почти не примечательным. Элен засмеялась, удивив себя. Она смеялась и смеялась, пока смех не перешел в рыдания, которые она пыталась заглушить. Элен не верила своей удаче, прижимая дневник к груди.

– Алексайо, – прошептала Элен, вытирая слезы. – Всегда становишься спасением.

Дневник в её руках молчал. Алексайо обычно удивлялась, когда кто-то использовал её полное имя, потому что все обращались к ней «Алекс». Элен в детстве видела пару раз, как Алекс что—то писала, то, что называла своим дневником. Когда моменты слепоты исчезали.

– Хранители баланса защищают и поддерживают баланс, мой свет, – мягко шептала Элен, едва слышно, вспоминая слова Алексайо. – Среди буйства магии, энергии, которой слишком много на земле, среди надежды и отчаяния, ненависти и любви, исцелении и смерти, мы поддержим баланс, насылая беды, насылая спасение. Давно прописанные истины обернулись удавкой на шее, обернулись против их последователей. Правда искажается в ненависти создательницы и её безразличии.

Элен не решалась отрыть дневник, она сжала его в руке и убрала в ящик стола. Она отказывалась признаться себе, что боится. Элен покинула комнату и быстро нашла брата и отца на первом этаже. Отец продавал лекарства, брат в соседней комнате, что была лабораторией, готовил некоторые из бальзамов. Молодая девушка, дочь вдовствующей виконтессы, благодарно улыбнулась отцу. Элен быстро узнала повзрослевшую госпожу, что являлась подругой Алексайо. Она вошла в часть дома, что являлась аптекой.

– Элен, это правда ты? – улыбнулась госпожа Ламброс, её глаза сияли радостью, сделав реверанс, она продолжила. – Ты наконец-то вернулась? Будет ли празднество? – на последнем вопросе она обернулась к отцу Элен.

– Как пожелает Элен, – ответил он.

Элен повторила приветствие и подошла к ней. Вместе они вышли на улицу.

– Гликерия ты ничуть не изменилась, всё также сияешь, – сказала Элен.

Гликерия слегка рассмеялась, но смех казался более тусклым, когда она смотрела на неё, её лицо казалось потерянным, словно она потеряла часть себя, о которой даже не подозревала.

– Как прошло твое путешествие? Как тебе мир за пределами Тэфа?

Элен смотрела на людей, спешивший по своим делам, общающихся друг с другом, на детей, увенчанных широкими улыбками и находила сцену чуждой. На приличном расстоянии Элен знала, что за ними следовал кто-то, потому сделала не принужденное лицо, зная, что чужой взгляд испепелял ей спину.

– Довольно интересно, Покорительница Молний помогла мне вернуться благополучно, как и попасть в Скрытые земли, – Элен улыбнулась далеким воспоминаниям.

Гликерия заинтересованно посмотрела на неё, явно желая спросить, задать вопросы, но не решаясь.

– Как ты поживаешь? Как твое здоровье? Как поживает виконтесса Ламброс? – интересуется Элен. – Ваша компания всё также сильна?