Читаем Дневник полностью

Когда настал черед транспортировки и захоронения Профессора, я не смог так просто обмотать его пленкой, скотчем и поместить в коробки. Прежде всего я снова — напоследок — открыл его. И ужаснулся. Все дело в том, что на последней его странице, где еще днем ранее была поставлена последняя его точка в многоточии после «Иначе», ничего не было — абсолютно пустая страница! И предыдущая. И до нее. Я перелистал каждую страницу: тетрадь в твердой голубой обложке на девяносто шесть клетчатых страниц была совершенно пустой, чистой, словно только что сошла с конвейера. Все, что в ней было, пропало. Бывший «ДНЕВНИК ИЛЬИ» теперь даже не был подписан, а голубая обложка смотрела на меня своей пустотой. Тогда я чуть в штаны не наложил, оттого и перемотал Профессора вдоль и поперек и заложил в несколько коробок.

А сейчас из давнего прошлого вернемся обратно к недавнему. Так у меня должно получиться объяснить, почему я взялся добавить в файл на компьютере этот текст.

С тех пор как я закопал Профессора, прошло четыре года, и не было ни дня, чтобы я о нем не думал. Точнее не было ни дня, что бы я думал о чем-то другом, кроме него. Все четыре года я ждал, что вот-вот свихнусь, и меня увезут со свалки в какую-нибудь клинику, где пичкают таблетками и колют уколы. Или вовсе закроют в какой-нибудь крохотной комнатушке и на всякий случай привяжут к кровати.

С каждым днем мне все больше мерещилось, что никакого Профессора никогда и не было. Не было и тетради, которую я нашел на свалке. Что я не пробирался ночами к заброшенной деревне и не рыл могилу и не закапывал в ней герметичный гроб-матрешку. Что не было и файла с текстом из тетради на компьютере.

Я все проверил: он был и есть.

Мне все больше — пока не поздно — хотелось пройти медицинское обследование на момент психических отклонений, но в первую очередь я решил проверить себя сам.

Две недели назад, двадцать шестого сентября, я снова отправился в ту заброшенную деревеньку. Пешком. Днем. По памяти. Добрался за пару дней.

От трухлявых останков дома в заросшем сорняком поле ничего не осталось. Мне казалось, что без такого важного ориентира, не удастся найти искомое. Но искать долго не пришлось: неподалеку над травой возвышалась куча земли. К ней-то я и побежал, размахивая лопатой из стороны в сторону и сшибая высокие зеленые стебли с колючками.

Лопата, взятая для своего прямого назначения, не понадобилась — могила была раскопана. Там была яма глубиной точно по пояс. Картонные коробки сгнили, а вот пленка и скотч сохранили первозданный вид: им не страшны ни время, ни непогода.

Я спрыгнул в яму и начал рыться в шелестящих обрывках. Профессора не было.

Похоже, его кто-то нашел.

Похоже, Профессор нашел того, кто был ему нужен. Нужен для замены Ильи. Периэрго прагма нашла свою пищу, нашла свою батарею для пополнения энергии.

Похоже, совсем скоро начнется что-то страшное, и от этого мне становится жутко. И очень… ОЧЕНЬ СТРАШНО.

Этим текстом я лишь хотел вас предупредить. Будьте бдительны.

Генри Хопоу

Июнь 2021 — Сентябрь 2022