Читаем Дневник, 1900 г. полностью

2) Если хочешь узнать себя, то замѣчай, чтó ты помнишь и чтó забываешь. Если хочешь узнать, чтó считаешь важнымъ и чтó нѣтъ, замѣчай, чтó забываешь, чтó помнишь. То, чтó помнишь, вотъ это то можетъ быть предмет[омъ] художественнаго произведенія. Н[а]п[римѣръ]: отчего¹⁶³ упоминаніе объ одномъ человѣкѣ напоминаетъ другаго, однаго событі[я] — друго[е] или человѣка. Вотъ въ этой связи самое важное въ твоемъ міровоззрѣніи. По этимъ признакамъ узнаешь самъ себя.

3) Ужасно положеніе нашего общества — живущаго безъ религіозно-нравственнаго руководства. Если бы¹⁶⁴ вмѣсто 10 заповѣдей Моисея была бы только одна: не убивай, можно бы было надѣяться на ея исполненіе, но когда ихъ 10 — о днѣ суботнемъ, о кумирахъ, о клятвѣ, то естественно стали исполнять легкія,¹⁶⁵ обходя трудныя. Въ христіанствѣ еще хуже — кто день субботній, кто причастіе, кто искупленіе, а не убій остав[или], тѣмъ болѣе, что христіанство не только не велѣло убивать, но даже не гнѣваться и подставлять щеку. Сказали: это невозможно, и все отмѣнили.

Главное же то, [что] въ мірѣ, принявшемъ христіанство, убійство б[ыло] необходимымъ условіемъ существованія общества. Въ нашихъ обществахъ¹⁶⁶ поставить правило не убій все равно, какъ въ банкѣ поставить правило не брать процентовъ.¹⁶⁷

Стоило бы разъясн[ить] эту мысль, хотя она и старая.

4) Бракъ, разумѣется, хорошо и необходимо для продолженія рода; но если для продолженія рода, то (прекрасная выписка изъ Ничше) надо, чтобы родители чувствовали въ себѣ силы воспитать дѣтей не дармоѣдами, а слугами людямъ и Богу. А для этого нужно быть въ силахъ жить не трудами другихъ, а своими, больше давая, чѣмъ беря отъ людей. У насъ же буржуазное правило, что жениться можно только тогда, когда крѣпко сидишь на шеѣ людей, т. е. имѣешь средства. Нужно какъ разъ обратное: можетъ жениться только тотъ, кто можетъ жить и воспитать ребенка, не имѣя средствъ. Только такіе родители могутъ хорошо воспитать дѣтей.

5) Вся жизнь въ этомъ мірѣ есть только образованіе новой формы жизни, к[оторую] мы¹⁶⁸ познаемъ въ сознаніи — въ томъ, что мы любимъ. Чувство самосохраненія въ молодости и вообще до старости есть ничто иное, какъ¹⁶⁹ противодѣйствіе всему тому, чтó нарушаетъ процессъ образованія новой формы. Когда же новая форма готова, человѣкъ спокойно, радостно переходитъ въ нее, т. е. умираетъ.

16 Авг. 1900. Я. П. Е. б. ж.

21 Авг. 1900. Я. П. Писалъ драму и недоволенъ ею совсѣмъ. Нѣтъ сознанія, что это — дѣло Божіе, хотя и многое исправилось: лица измѣнились.

Все тотъ же экзаменъ и все таже практика. Немного лучше. Нынче поднялся старый соблазнъ. Ал[ександръ] Пет[ровичъ] ушелъ. Вчера былъ Буланже съ редакт[оромъ]. Читалъ¹⁷⁰ George Eliot и Ruskin’a и очень оцѣнилъ.

Нынче все яснѣе и яснѣе представляется обличеніе невѣрія и разбойничьяго царства. Это нужно писать.

Въ книжечкѣ записано:

1) Большое заблужденіе въ томъ, что людей взрослыхъ мы, старики, считаемъ себѣ въ версту, забывая что то же разстояніе, к[акое] есть между 3-лѣтнимъ ребенкомъ и 25-лѣтнимъ человѣкомъ остается то же и между 25 и 50-лѣтнимъ. Молодые же думаютъ, что если у нихъ выросла борода, то они ровня со всѣми.

2) Почему помнишь одно, а не помнишь другое? Почему Сережу называю Андрю[шей],¹⁷¹ А[ндрюшу] — С[ережей]? Въ памяти записанъ характеръ. Вотъ это, то, чтó записано въ памяти безъ имени и названія, то, что соединяетъ въ одно разныя лица, предметы, чувства, вотъ это то и есть предметъ художества. Это очень важно. Надо разъяснить.

3) Если бы Моисей далъ не 10 заповѣдей, а одну: не убій. Все, чтó я объ этомъ думалъ, напишу, если Богъ дастъ.¹⁷² Начало такъ: Когда я понялъ христ[iанское] ученіе или просто возможность для людей разумной жизни и увидалъ нашу жизнь...

4) Когда не любишь, не старайся любить, а старайся расправить свою душу, какъ мѣшокъ, изъ кот[ораго] не сыплется.

5) Сознаніе духовной жизни, духовнаго начала въ себѣ проявляется тогда, когда начинается борьба (большей частью первое пробужденіе половое). Если есть борьба — не внѣшняя борьба, не знаешь, чтó выгоднѣе, рискнуть или не рискнуть, а внутренняя, борешься съ чѣмъ то невидимымъ, не обѣщающимъ выгоды, какъ воздержаніе отъ порока, — то есть¹⁷³ то духовное начало, во имя к[отораго] происходитъ борьба. Дѣти не знаютъ этой борьбы и духовн[аго] начала, есть и люди такiе — часто женщины.

6) Признакъ развратности нашего міра — это то, что люди не стыдятся богатства, а гордятся имъ.

7) Вдругъ стало ясно, что какъ несправедливо, когда старикъ говоритъ:¹⁷⁴ пожилъ, пора и умереть. Старикъ не имѣетъ права говорить такъ. Онъ — плодъ, зерно. Былку можно затоптать, но зерно надо съѣсть. Это не значить то, что старику надо бояться смерти; напротивъ, надо не боя[сь] смерти жить. И тогда только легко жить и жизнь полезна, когда не боишься смерти.