Читаем Для тебя полностью

Тот, обхватив ее ногами и руками, прижал, успокаивающе гладя по голове и плечам. Она чувствовала спиной, как бьется его сердце, горячее дыхание согревало затылок. От жути Кейт дрожала, ей чудилось, еще секунда и медведь найдет вход в самолет, доберется до тонкой двери, отделяющей от салона и, ворвавшись, убьет их.

— Ш-ш-ш, Кейт. Все хорошо, — горячо шептал Владимир.

— Обещай мне, что если он начнет нас убивать, ты убьешь меня первым, — порывисто обернувшись, запаниковав, пролепетала она, содрогаясь от жуткого рева в ночи, сжимая мужские запястья.

— Обещаю, что, когда вернемся, я исполню любое твое желание, — Владимир прижал голову Кейт к груди и слегка покачивал девушку.

— Любое-любое?

Кейт, словно перепуганный зверек, каждый раз дико дергаясь в руках Владимира от любого звука на улице. — Даже женишься на мне?

Хорошо, что Кейт не могла видеть, как держащий ее мужчина улыбнулся на долю секунды, а затем баюкивающе прижался плотнее.

— Я уже был женат, — тихо прошептал он, отвлекая ее от шума на улице.

— Да?

Вот уж как женщины могут возиться и извиваться, когда им что-то нужно. Этой срочно потребовалось посмотреть в лицо. Вот по зарез. Аж про медведя забыла.

— Угу, ничего хорошего мне это не принесло, — он немного помолчал. — Мы были студентами. Она забеременела, я думал стану отцом. А в результате узнал, что я рогатый муж. Не нужный, к тому же.

Кейт подумала «Мне нужен», но промолчала.

Через пару часов звуки присутствия медведя стихли. Теперь за бортом шумел ливень и ночной ветер. Кейт, так и не отстранившись от Владимира, уснула на груди, да и он, послушав еще некоторое время, устало закрыл глаза, погрузившись в тревожный сон.

Проснулись они на рассвете, когда стихло и окрестности накрыла оглушающая тишина. Ему стало жарко. В душной кабине нечем дышать, но кроме этого он почувствовал жар, исходящий от Кейт, спавшей на его животе. Он потрогал лоб, опасения подтвердились — она горела.

Сдвинул рубашку с ее плеча, неглубокая царапина воспалена и загноилась. Не уже ли плохо обработал рану?

— Кейт, — он легонько потряс за плечо. — Кейт, проснись.

Девушка, нервно вздрогнув, резко распахнула глаза, встретившись с озабоченным взглядом.

— Медведь ушел?

— Уже утро. Как ты себя чувствуешь?

Она отползла, привставая и окончательно просыпаясь.

— Нормально. Пить хочется.

— Царапина загноилась, — сообщил он, пока Кейт, сдернув рубашку, осматривала плечо.

— И?

— Нужно промыть еще раз, убрать гной и наложить повязку.

Они встали. Владимир осторожно вышел и осмотрел вокруг самолета.

Медведь разодрал кресла второго салона и оставил царапины на фюзеляже самолета в поисках пищи, но, ничего не найдя, удалился восвояси.

Костер удалось развести не сразу. Дерево оказалось слишком сырым. Кейт, завернувшись в одеяло, вышла на утренний свежий воздух, разминая ноги и оглядывая следы, оставшиеся от ночного гостя.

— Он не особо церемонился, — заметила она, глядя на кресла.

— Он не особо был настроен пожрать, и нам повезло, что шел дождь, — ответил Владимир, наконец, добившись того, чтобы поленья, которые он прятал во втором салоне, занялись пламенем.

— Садись, сейчас вскипячу чай. Витамины. Кейт, — он серьезно посмотрел на нее, — пей сейчас, как можно больше воды. Через не хочу.

Кейт кивнула. После хвойных иголок в кипятке он подошел к ней с бутылкой водки и какой-то травой, которую вымыл и положил на чистую ткань.

— Нужно осмотреть ее.

Владимир обработал руки и достал нож. Глаза у девчонки стали большими, круглыми.

— Что ты собираешься делать? — спросила она, со страхом глядя на нож.

— Хочу нагреть на огне и обработать спиртом, — сообщил он, искренне надеясь, что она не будет сопротивляться или плакать.

— Зачем?

— Нужно вскрыть нарыв. Возможен сепсис.

— Сепсис?

Кейт не сводила взгляда с ножа. Он что, собрался оперировать ее прямо тут?

— Заражение крови.

Владимир лишь вздохнул, видя, как Кейт смотрит на нож, на плечо и вся сжалась в одеяле от страха, почти с головой уйдя в одеяло. — На, хлебни немного.

Она послушно высунула руку из одеяла и отпила из бутылки, жмурясь от горечи напитка. Владимир обработал лезвие и, полив водкой, подошел.

— Кейт, — тихо произнес он. Кейт обреченно, со слезами на глазах, посмотрела на него и на нож.

— Будет совсем немного больно, — пообещал он, понимая, что все равно не поверит ему. — Надо.

Он полил немного на царапину, и аккуратно ввел лезвие под кожу. Кейт громко вскрикнула, дернулась, закусив одеяло, и отвернулась от него. Гной пошел наружу. Обработал нутро раны водкой и, прополоскав рот, разжевал траву, закладывая в разрез, а затем перевязал руку, пока Кейт, давясь слезами и болью, терпела. Затем сел и, посадив горемычную себе на колени, прижал.

— Ну вот и все, малышка. Теперь можно и замуж выходить.

Она обессиленно ткнулась ему в грудь, приходя в себя.

***

Через полчаса они выдвинулись, взяв с собой пледы, воду, водку и полезную мелочь. Владимир сложил три сигнальных костра в форме треугольника и запалил их, расчертив лопатой стрелку в том направлении, куда они ушли, оставил запись на обрывке журнала в кабине пилотов.