Читаем Дюна: Пол полностью

Бладд почувствовал себя униженным этим ответом, полагая – и, возможно, справедливо, подумал Лето, – что эрцгерцог напомнил ему о его неудаче.

– Но, милорд, вы не можете послать аристократа выполнять такую кровавую работу. Герцог не должен подвергать свою жизнь ненужной опасности.

– Да, не должен, – сказал Лето, – но, как бы то ни было, я это сделаю. Я не так уж беззащитен. Спросите Гарни или Дункана Айдахо. Они – мои лучшие бойцы и многому меня научили.

Гарни кивнул.

– Герцог Лето в первую очередь аристократ и редко позволяет себе участие в рукопашных схватках, но он превосходный боец. Он побеждает даже меня в одной схватке из десяти.

– В четырех из десяти, Гарни.

Шрам на лице Холлика слегка покраснел.

– Не мне спорить с вами, мой герцог.

Арманд задумался.

– Мы предпримем отвлекающий маневр, будем продолжать наращивать военные приготовления, как будто действительно собираемся всеми силами обрушиться на Элакку. Шпионы Видала сами укрепят его в такой уверенности. Он не будет ожидать нападения со стороны нескольких человек, хотя именно этого требуют правила ведения войны убийц.

– Мы с Гарни составим план и при первой же возможности проникнем на Элаккский континент.

Стоя рядом с Суэйном Гойре на плоской крыше самой высокой башни монастыря, Дункан оглядывал крутые, заросшие джунглями холмы. Устроенные на склонах холмов террасы зеленели садовыми посадками.

На башню вместе с мужчинами поднялась одна из сестер-затворниц и принялась раскладывать корм в птичьи кормушки. Похоже, сестры решили устроить фруктово-злаковый пир для больших черных ястребов. Дункану подумалось, что эти птицы легко находят добычу в джунглях. Видимо, монахини задумали сделать хищников вегетарианцами. Потом до Дункана дошло, что зерна и фрукты служат приманкой для мелких пташек, которые уже и становятся добычей хищных птиц. Ястребы кружили высоко в небе маленькими, едва заметными на фоне облаков точками, откуда стремительно пикировали в густые джунгли.

Гойре отгородился от Дункана молчаливой сдержанностью, которую носил, как носят теплый грубый плащ в холодную погоду. Дункан плохо помнил и был едва знаком с этим человеком, ибо, когда Гойре служил при дворе Атрейдесов, сам Дункан учился в школе мастеров меча на Гинаце. Именно в то время Гойре стал капитаном герцогской гвардии. Дункан знал только о проступке этого человека и довольствовался этим.

Гойре наконец заговорил:

– Пол сильно напоминает мне маленького Виктора. Тоже очень похож на отца.

– Я почти не знал Виктора. Он погиб к тому времени, когда я вернулся с Гинаца.

Внешне Гойре никак не отреагировал на ответ Дункана, несмотря на резкость его слов.

– Нет, а я очень хорошо знал мальчика. Я видел его ежедневно, с самого утра и до вечера. Я был его телохранителем, но не справился со своими обязанностями.

– Пола охраняю я, – сказал Дункан.

У Гойре были усталые красные воспаленные глаза.

– У меня не было намерения причинить вред Виктору, но мы же знаем, что неудача превращает в пустяк любые благие намерения. Действие и результат. Только это имеет значение.

Оба снова надолго замолчали, глядя на круживших в поднебесье ястребов, на зеленые холмы, протянувшиеся до самого горизонта, на серое пустое небо. Далеко, почти на горизонте, Дункан рассмотрел какие-то воздушные суда, летавшие где-то возле прибрежных городов.

– От чего или от кого ты защищаешь Пола? – спросил наконец Гойре. – Какое отчаяние привело вас сюда? Обычная междоусобица не может требовать таких крайних мер.

Вздохнув, Дункан рассказал о кровавой вражде между виконтом Моритани и Икацом, в которую вмешался Дом Атрейдесов. Когда Дункан замолчал, старый гвардеец спросил:

– Ты думаешь, что опасность до сих пор не миновала? Подозреваешь, что к Полу могут подослать новых убийц?

– Виконт Моритани задумал убить сына герцога, хотя и не знаю, какую причину измыслил его извращенный ум. Пол жив, и я хочу, чтобы так было и впредь. Пока буду сохранять бдительность.

– Но сейчас в этом нет никакого смысла для грумманцев, ведь Пол невинное дитя.

– Все это не имело смысла с самого начала, но тем не менее попытка убийства была совершена. Между прочим, Илеса тоже была ни в чем не виновата.

Гойре многозначительно кивнул. Оба смотрели теперь на серебристые самолеты, приближавшиеся к монастырю. Обтекаемые воздушные суда стремительно скользили над зеленым балдахином джунглей. Отсюда, с удобного наблюдательного пункта, эти корабли казались такими же маленькими, как кружившие в небе ястребы. Через несколько мгновений послышался рев моторов.

Гойре напрягся.

– До сих пор мне ни разу не приходилось видеть здесь таких кораблей. Мы получаем мало…

Но Дункан сразу понял, что это не грузовые суда.

– Они собираются атаковать!

– Да! – Гойре подтолкнул Дункана к лестнице. – Иди же! Иди к Полу!