Читаем Дитя ярости полностью

– Я не могу простить их за то, что они с тобой сделали. – От каждого прикосновения его пальцев у нее сжималось сердце.

– Ты имеешь в виду отца и Тала?

– Им должно быть стыдно за свою трусость.

– Ну, по крайней мере Тал, я уверена, сожалеет об этом.

– Это хорошо.

– Они думали, что делают как лучше.

Одрик нахмурился.

– Лучше для королевства.

– Разумеется.

– А для тебя?

Она колебалась. Сколько раз она задавала этот вопрос отцу, но в ответ слышала лишь упреки, заставлявшие ее замолчать?

– Моя жизнь не имеет никакого значения по сравнению с безопасностью окружающих.

– Не имеет значения! – Отпустив ее руку, Одрик провел пятерней по своим темным кудрям. – Так вот что они внушали тебе все эти годы.

Внезапно воздух вокруг них словно сгустился; пальцы Риэль покалывало от пробуждающейся магии. Их обдало волной жара. Риэль уловила едва уловимый запах раскаленного камня, характерный для солнечной магии, и ей сразу представилось пылающее на синем небосводе солнце в жаркий летний полдень. Одрик посмотрел ей в глаза и резко отвернулся, с напряженными, чуть приподнятыми плечами. Он подошел к окну и приложил ладонь к нагретому солнцем стеклу.

Когда он снова посмотрел на нее, на его лице уже не было следов гнева, и воздух вокруг него успокоился.

– Твоя жизнь и твое благополучие очень важны, Риэль, – тихо сказал он. – И мне жаль, что я не замечал того, что происходило все это время прямо у меня на глазах. Если бы я знал, я бы никогда не позволил им…

Он замолчал, стиснув зубы. Ей так хотелось прикоснуться к нему.

– Я знаю, – сказала она вместо этого.

– Ты была великолепна там, на перевале. Я никогда прежде не видел такой мощи. Это было действительно прекрасно, Риэль.

Несмотря на всю бедственность своего положения, она не могла не вспыхнуть от удовольствия, услышав такие слова.

– Они собирались убить тебя. Я не могла этого допустить.

Он приподнял бровь.

– Думаешь, я не могу позаботиться о себе сам?

– Можешь, и ты это сделал. Но… – Она замолчала, запнувшись, когда поняла, что только что едва не призналась ему в своих чувствах.

Но если бы ты умер, я бы этого не перенесла.

Если бы ты умер, я не знаю, что случилось бы дальше. Не знаю, что бы я сделала, чтобы отомстить за тебя.

Одрик прочистил горло. Казалось, он тщательно подбирал слова.

– Когда я увидел, как ты скачешь ко мне, я еще не знал, что это кровь твоей лошади. Ты была вся в крови, и я подумал… – Он подошел к ней, его взгляд задержался на ее лице, а затем скользнул в сторону.

Она ощущала присутствие его солнечной энергии всей своей кожей, словно легчайшие прикосновения. Риэль отчаянно хотелось слиться с ней. Впитать ее в себя.

– Ты мог хотя бы поблагодарить меня, – наконец смогла выдавить она. – По крайней мере.

– Если ты пообещаешь, что больше не будешь меня так пугать. Или хотя бы предупредишь меня в следующий раз, чтобы я смог подготовиться.

– Конечно, – согласилась она, – если ты предупредишь меня в следующий раз, когда на тебя нападут убийцы.

Он понимающе усмехнулся.

– Мы отлично вместе сражались. Я был бы не прочь повторить это снова, – сказал он с наигранной веселостью и с нежностью добавил: – Спасибо тебе, Риэль.

Она понадеялась, что он не сможет ничего прочитать по ее лицу.

– И что теперь будет?

– Именно это я и пришел тебе сказать, – начал Одрик, и тут дверь открылась, впуская Людивин и нескольких стражников.

– Ты ей сказал? – спросила Людивин встревоженно.

– Что именно? – переспросила Риэль. – Что они решили?

– Вас просят немедленно вернуться в зал, леди Риэль, – сказал один из охранников.

– Передайте моему дяде королю, что она уделит ему внимание через некоторое время, – произнесла Людивин с милой улыбкой, не коснувшейся глаз. – А если он будет протестовать, то можете сказать ему, чтобы он прикусил свой язык, иначе племянница возненавидит его до конца своих дней.

Стражник покраснел, склонил голову и вышел в коридор.

– Многие в Совете Магистров напуганы, – быстро произнесла Людивин, обращаясь к Риэль, – и король сейчас находится под огромным давлением, заставляющим его действовать, прежде чем стремительно распространяющиеся слухи выйдут из-под контроля и вызовут панику. Пока… – она помолчала. – Пока еще что-нибудь не случится.

Пока я снова не потеряю контроль над своей силой, мрачно подумала Риэль.

– Он бы не согласился на это, но у него не было другого выбора, – продолжала Людивин.

У Риэль упало сердце.

– Согласился на что?

– Тебе предстоят семь испытаний, – объяснила Людивина. – По одному на каждую стихию.

– Члены Совета, – добавил Одрик, – настояли на испытании твоих способностей. Чтобы убедиться в том, что ты можешь контролировать свой дар. – Он отвернулся, скривив губы в горькой усмешке.

Людивин мягко положила руку ему на плечо.