Читаем Дитя чудовища полностью

Чтобы не брать книги в долг, я приобрёл несколько томиков в букинистическом магазине (заплатил теми самыми десятитысячными купюрами, что восемь лет лежали без дела).

Занимались мы в кирпичном здании районной библиотеки, что произвела на меня весьма приятное впечатление с первого же взгляда. Урок начинался с выписывания из книги в тетрадь всех непонятных иероглифов, затем я смотрел их значение в словаре для младших классов. После школы в библиотеку приходила Каэдэ, надевала очки, просматривала мои записи и, словно настоящая учительница, давала дельные, уместные для моего уровня советы.

Но чем больше иероглифов я выписывал, тем меньше верил, что задача выполнима. Какое же количество символов я должен выучить, чтобы одолеть хотя бы одну книгу? И сколько времени на это уйдёт?

Однако Каэдэ, уже прочитавшая «Белого кита», посоветовала ни о чём не волноваться и добавила, что это произведение наверняка разожжёт во мне жажду знаний. Я спросил, как это понимать. И вот что она ответила: «Сцены с участием многочисленных, непохожих друг на друга матросов пробудят в тебе интерес к истории американского общества середины XIX века, а также к событиям, которые способствовали возникновению такого социума. Яростные битвы с китами дадут толчок к изучению истории поисков энергоресурсов, ведь после промышленной революции этот вопрос встал ребром, и охотились на китов ради их жира. Ты обязательно захочешь узнать, как именно США стали главной мировой державой после введения ограничений на китовый промысел и каким образом охота на китов заставила тогда ещё закрытую Японию интегрироваться в мировую экономику, какие изменения превратили её в ту страну, которой она является сегодня. Другими словами, тебе непременно захочется выяснить, как именно события романа связаны с современностью, как они отражаются на каждом из нас».

Я отложил ручку и слушал её с широко разинутым ртом.

— Ну как? Тебе ведь уже не терпится про всё узнать? — спросила Каэдэ, наклонив голову.

Я усомнился, действительно ли это произведение мне по плечу…

В мае я завершил программу начальной школы и перешёл к средней. Каэдэ поделилась со мной книгами, по которым сама когда-то занималась. Однако приходить в библиотеку с учебными материалами было запрещено, и я начал бродить по городу, отыскивая места, где можно присесть: каменные лестницы храмов, скамейки в парках, лужайки… Каэдэ следовала за мной по пятам. Все темы, что я проходил, она разъясняла кратко, но ёмко и с душой. У меня едва хватало времени на то, чтобы следовать её указаниям. Возникало ощущение, будто она пытается затолкать в мою голову учебники целиком.

В то же время я увлёкся изучением китов. В качестве отдыха от суровых тренировок я разыскивал в библиотеке всевозможные материалы о них. В романе китов описывали лишь словами, и я просматривал изображения, чтобы с их помощью оживить сложившиеся образы.

Не успел я и глазом моргнуть, как сезон дождей остался позади, наступило лето. Каэдэ переоделась в лёгкую форму, тёмно-синий жилет и бледно-голубая рубашка с короткими рукавами хорошо смотрелись с её стрижкой. Из-за укороченных рукавов в глаза мне постоянно бросалась красная нить на её запястье, каждый раз я невольно задумывался, что же она означает…

— Рэн-кун, ты бы тоже переоделся, — с этими словами Каэдэ затащила меня в магазин секонд-хенда рядом со станцией и предложила сочетание классических джинсов и футболки.

Будучи воспитанным в Дзютэне, я не хотел одеваться в то, что носили мои ровесники из Сибуи, и потому долго упирался, но в конце концов всё же согласился с выбором Каэдэ (расплатился, конечно же, сам).

Куматэцу мои частые исчезновения откровенно бесили, и он постоянно досаждал Тата-сану и Хяку-сану вопросом: «Где опять Кюта?» Но я не обращал на это внимания, ведь сейчас у меня появилось дело поважнее, чем возиться с медведем. Я вставал раньше него и не пропускал ни единой тренировки, чтобы Куматэцу не мог ко мне придраться.

Июль.

— Главный герой этой книги стремится отомстить ненавистному киту, из-за которого он потерял ногу. Но не кажется ли тебе, что, сражаясь с китом, на самом деле он борется с самим собой?

— С самим собой?

— Другими словами, кит — своего рода зеркало, отражение главного героя.

— Зеркало…

Я перешёл на учебники рубежа средних и старших классов. Наставления Каэдэ становились всё более пылкими. Я уже едва успевал пережёвывать их, но постепенно начал замечать, что проникаюсь процессом учёбы. И библиотечные книги, и параграфы из учебников, и рассказы Каэдэ — всё пробуждало во мне интерес. Я и не представлял, что смогу так измениться после многих лет сплошных тренировок. Передо мной словно открылся неизведанный мир. Оказалось, познавать что-то новое очень интересно. И осознал я это исключительно благодаря Каэдэ.

Стройные ряды дзельквы[14] блестели в лучах летнего солнца. Эта аллея рядом с концертным залом NHK[15] стала нашим излюбленным местом для занятий.

— Ты очень усидчивый! Такими темпами скоро сможешь отвечать на вопросы из моих задачников.

— Из тебя вышла хорошая учительница, Каэдэ.

— Правда?