Читаем Диспетчер атаки полностью

Частота обновления «портретной плоскости» зависела от географического региона и от плотности источников исходной информации, которые там размещены. «Портретная плоскость» формировалась на основе видео и другой информации, которая поступала из сотен тысяч обычных видеокамер и сенсоров, которые фиксировали полный волновой спектр.

От видеокамеры в небольшом продуктовом магазине, который располагался посередине нигде, до телескопов спутниковой сети Snowy Owls.

В центре какой-нибудь европейской столицы или в крупном аэропорту, где были установлены несколько тысяч камер полного волнового спектра, частота обновления картинки в Си-Джее была тридцать — сорок кадров в секунду. То же самое касалось и степени детализации информации об объектах — камеры полного спектра давали представление не только о внешнем виде объекта. Волновые характеристики давали представление о его внутренней структуре, температуре и далее по списку. Если же регион представлял собой участок африканской саванны, то единственным источником исходной информации тут был спутник, «сова», запущенная в рамках программы, которую осуществлял Серебряный Холм в рамках проекта развития глобального информационного пространства. Сеть «снежных сов» обеспечивала покрытие всей поверхности Земли. Частота обновления «портретной плоскости» в незаселенных зонах составляла один кадр в десять секунд, и тот, кто решил погулять по амазонской сельве с помощью ресурсов Кибернетического Глобуса, оказывался в мире, живущем по законам замедленного кино.

«Портретная плоскость» была настоящим временем Си-Джея. Отражение этого момента времени. Отснятое и ставшее прошлым видео и волновики, а также вся сопутствующая информация из «семантических плоскостей» дайса складировались в глобальном хранилище — Депозитарии Серебряного Холма. Длинный ряд отпечатков реальности, растянутый по бесконечной временной координате с разрывами в одну секунду. Тысячи терабайт информации, закатанные на оптические и магнитные носители. Оперативная, первичная, зафиксированная в точно известный момент времени информация о состоянии окружающего мира. Но Депозитарий не был резиновым и тут был свой предел. Буфер Депозитария хранил оперативные снимки первой зоны Си-Джея не больше трех месяцев. Потом информация стиралась, и на место ее записывались новые дни. Оставляли только то, что имело значение, события политической, социально-экономической и культурной жизни, динамику изменений состояния ключевых энергетических объектов, предприятий, маршруты перемещения vip's и многое другое, что потом имело шанс быть использованным в чьих-то аналитических вкладках.

Подобные Депозитарии имели все. Емкость и масштаб подобного хранилища оперативной информации были пропорциональны ресурсам и степени влияния того, кто мог содержать это хранилище. Вершину этого хит-парада составляли «терадомены», безразмерные по обеим координатам — времени и пространству — банки данных. В такое хранилище информация только входила. И ничего не уничтожалось.

Васильич снова посмотрел на индикатор входящего трафика. Масштаб отображения поменялся, и тот поток данных, который шел на борт, возрос примерно на порядок. Хайкорд просмотрел лог, из которого можно было понять, с каким потоком данных сейчас работал Ковецкий.

Это был Clipper-78, один из платформенных «эй-ай» корпоративного класса С-2, которые принадлежали центральноевропейскому консорциуму GK; на жаргоне сетевиков назывался «пылесосом». Безличностная схема искусственного интеллекта, гигантский калькулятор, на вход которого подавались сотни терабайт из Депозитария GK. Из которого нужно было вытянуть два-три метра ключевых данных, способных стать причинами для больших следствий. Сейчас два процента распараллеленных мощностей Clipper-78 работали над несколькими потоками задач.

Clipper -78 работал с несколькими десятками фильтров. Скелетное и визуальное отображение внешности Тенсинга, второй отсеивал и фиксировал все женские лица, которые находились рядом с хакером. Получаемый фильтрат из фото Тенсинга и сопровождающих тысяч женских лиц служил входящими данными для многомерной матрицы данных, где каждое из лиц было тем небольшим комом снега, который порождал лавину новой информации. «Эй-ай» тянул из первой зоны Си-Джея и терадомена GK все, что могло быть связано с этими женщинами. Подробные, насколько это возможно, биографии подавались как по конвейеру в третий поток, где происходило определение того, насколько тесно переплеталась судьба и карьера хакера с этими женскими лицами.

Дальше отфильтрованный поток данных обрабатывался «проекциями» Ацтека.

Обрабатывался даже тогда, когда деми-лич общался с операторами стационарных центров и магистральщиками GK.