Читаем Директива Джэнсона полностью

Припав в боевую стойку, он нажал на курок, целясь верзиле в сердце.

— Пошел ты к... — пробормотал серб и замертво повалился вперед, словно срубленное дерево.

Джэнсон подошел к пленной женщине. Его захлестнула ярость, когда он увидел разодранную одежду, синяки и ссадины, красные следы, оставленные руками, тискавшими и мявшими обнаженное тело, словно пластилин.

Не говоря ни слова, Джэнсон выдернул нож из спины серба и перерезал веревки, освобождая женщину.

Опустившись на пол, она прислонилась спиной к столбу, не в силах держаться на ногах. Свернувшись клубком, женщина обхватила руками колени, прижимая их к груди, и уронила голову на локоть.

Отлучившись на минуту, Джэнсон вернулся с белой рубашкой и брюками-хаки, которые были на мужчине в очках в золотой оправе.

— Возьми, — сказал он. — Одевайся.

Женщина подняла лицо, и Джэнсон увидел, что ее глаза мокрые от слез.

— Я ничего не понимаю, — глухо произнесла она.

— На Музеумплейн, девятнадцать находится американское консульство. Тебе только нужно до него добраться, дальше о тебе позаботятся.

— Ты спас меня, — странным, пустым голосом промолвила женщина. — Ты пришел за мной.Почему, черт побери, ты это сделал?

— Я пришел не за тобой, — отрезал Джэнсон. — Я пришел за ними.

— Не лги, — сказала она. — Пожалуйста, не лги.

Ее голос задрожал. Казалось, женщина находится на грани нервного срыва, но тем не менее она заговорила, глотая слезы, отчаянно цепляясь за жалкие остатки своего профессионализма.

— Если ты хотел допросить кого-нибудь из них, ты мог бы захватить одного живым и уйти. Ты этого не сделал. Не сделал, потому что в этом случае они убили бы меня.

— Возвращайся в консульство, — сказал Джэнсон. — Напиши отчет. Порядки тебе известны.

— Отвечай же, черт бы тебя побрал!

Женщина принялась отчаянно растирать слезы по лицу обеими ладонями. Что бы ей ни довелось пережить, она остро стыдилась проявления собственной слабости, уязвимости. Женщина попыталась было встать, но мышцы ее ног взбунтовались, и она снова бессильно опустилась на землю.

— Почему ты не прикончил Стиви Холмса? — спросила она, тяжело дыша. — Я все видела. Ты мог бы его прикончить. Долженбыл его прикончить. Этого требуют правила проведения боевой операции. Но ты его лишь обезоружил. Почему ты так поступил? — Закашляв, женщина попыталась изобразить храбрую улыбку, но смогла только поморщиться. — В разгар перестрелки никто не позволяет себе ни грамма милосердия, черт побери!

— А может быть, я промахнулся. Может быть, у меня кончились патроны.

Залившись краской, она медленно покачала головой.

— Ты полагаешь, я не смогу понять правду? Если честно, я и сама этого не знаю. Сейчас я могу сказать только одно: больше я не вынесу лжи.

— Музеумплейн, девятнадцать, — повторил Джэнсон.

— Не бросай меня здесь, — вдруг дрогнувшим от страха и потрясения голосом произнесла женщина. — Я перепугалась до смерти. В учебниках про этих громил не было ни слова. Я понятия не имею, кто они такие, откуда они, чего хотят. Мне нужна помощь.

— Тебе помогут в консульстве, — сказал Джэнсон, собираясь уходить.

— Не бросай меня, Пол Джэнсон! Я трижды чуть не убила тебя. Самое малое, чем ты мне обязан, — это объясниться начистоту.

— Возвращайся в консульство, — повторил Джэнсон. — Напиши подробный отчет о случившемся. Потом снова приступишь к своей работе.

—Я не могу.Неужели ты ничего не понял? — Женщина, пытавшаяся его убить, вдруг начала задыхаться. — Моя работа... моя работасостоит в том, чтобы тебя убить. Но только теперь я не смогу это сделать. Я больше не могувыполнять свою работу.

Она горько рассмеялась.

Медленно, очень медленно женщина поднялась на ноги, опираясь на столб.

— Выслушай меня. Я встретила в Риджент-Парке одного американца, поведавшего мне фантастическую историю о том, что, может быть, мы, ребята из Кон-Оп, вовлечены в какую-то крупную... махинацию. Что плохой тип, которого мы должны убрать, на самом деле вовсе и не плохой. Я пропустила его слова мимо ушей, потому что, если бы он говорил правду, верх был бы низом, а низ верхом. Ты можешь меня понять? Если нет веры тем, кто тебе приказывает, какой смысл жить? Потом я написала отчет о случившемся, подробно пересказав наш разговор, поскольку таковы наши порядки. И тогда мне позвонил начальник, не мой непосредственный начальник, а начальник моего начальника. И он мне напомнил о том, что Пол Джэнсон — изощренный обманщик. Не поддалась ли я на его ложь? И вот сейчас я дрожу в этом треклятом ангаре и думаю, что, если мне когда-нибудь и суждено узнать, что происходит на белом свете, узнаю я это не от своего начальства. Мне почему-то кажется, что объяснить суть происходящего сможет только тот человек, которого я сейчас вижу перед собой. — Дрожащими руками она начала натягивать принесенную Джэнсоном одежду. — Тот самый человек, на которого я охотилась последние сорок восемь часов.

— Ты пережила сильнейшее потрясение. Ты сама не своя, вот и все.

— Я еще не закончила с тобой, Пол Джэнсон. Женщина облизала потрескавшиеся губы. На ее щеках начинали разбухать ссадины.