Читаем Динозавр полностью

– Прогоришь, батя, по братски ведь предупреждаю, – Макс покачал головой и Евгению вдруг почему-то показалось, что он такого поворота не ждал и, на самом деле, ни на какого урода внутри идти смотреть не собирался, – С чего это вдруг добрый такой?

– А мне, может быть, на рожу твою, фраерок, очень сильно поглядеть хочется, когда выходить будешь, – продавец исторг из недр глотки новую порцию визгливого смеха, – Пива вы взяли много, кассу уже на сегодня сделали – мне большего не надо. Но я что-то не замечаю энтузиазма – новую отмазу для очка придумываешь?

– Мальчики, ну мы ведь не собираемся на самом деле заходить в этот кошмарный сарай, правда? – Марина, которая вместе со Светой, до сих пор держалась отстраненно и только молча прихлебывала пиво, наконец, почуяла что-то неладное и взяла Макса за локоть, – Пива теперь хватит, лучше пойдем отсюда. Помнишь, ты хотел…

– Обязательно, детка, но это мы еще успеем. Сейчас же просто грех упускать шанс и отказывать себе в удовольствии поближе поглядеть на это восьмое чудо света. И, что еще более занятно, изучить некоторые особенности мышления аборигенов – в частности, выяснить, что же это их там так сильно пугает, что они это даже за бабло готовы друг другу показывать. Ну а нам, разумеется, покажут бесплатно – потому как уважают и признают авторитет. Хотя, конечно, и стесняются напрямую в этом признаться, – хищно улыбнувшись, Макс повернулся к Владу, – Так как, бро, поддерживаешь? Девчонки, не бойтесь, мы с вами! Реально, ну нельзя же сейчас уйти, так и не выяснив, отчего это они тут все так жидко обделались?! Раскроем этот секрет века и своими глазами увидим ужас Муходрищенска! Давай, батя, где у тебя тут вход в обитель тайны? Паладины света идут!

Марина скривилась, демонстративно отвернувшись, когда Макс, оборвав свои пламенные тирады, попытался чмокнуть ее в шею, Светлана, с самого начала отстраненно глядевшая куда-то вдаль на море, равнодушно пожала плечами, зато Влад тут же принялся паясничать с новой силой и исступленно размахивать уже практически пустой бутылкой, как мечом, будто действительно в полной мере ощутил себя паладином, собирающегося выйти на бой против дракона. Судя по его уже порядком остекленевшему, пьяному взгляду, видимо, это было не столь уж далеко от истины. Евгений, чьим мнением, как, впрочем, и всегда, никто не подумал поинтересоваться даже для вида, тоже отхлебнул пива. Оно оказалось обжигающе холодным, горьким, словно застарелая обида и неожиданно крепким – ударило по мозгам буквально с первого глотка. Однако чувство полнейшего абсурда и какой-то шизофренической нереальности происходящего, которое возникло с того момента, когда он увидел эту до карикатурности идиотскую вывеску, не только ничуть не ослабло, но даже сделалось еще сильнее. Впрочем, на фоне того бреда, в который погрузилась вся его жизнь за последние месяцы, разницы практически не ощущалось. Мало того, он даже почувствовал неподдельный интерес к этому неожиданному приключению. Сам себе страшно удивившись, Евгений неожиданно понял, что все происходящее не просто его ничуть не пугает и даже не раздражает – но, напротив, откровенно забавляет. Понятно, что, скорее всего, в сарае валяется нечто вроде кустарно сделанного, облезлого чучела двухголовой собаки, в лучшем случае – какой-нибудь едва живой уродец, действительно вывезенный в марте из Чернобыля или окрестностей Припяти, но, по большому счету, какая разница? В одиночку Евгений никогда в жизни не осмелился бы заглянуть в подобное место, а тут, пьяным и в компании, это может оказаться действительно весело! Один из тех кратких, немногочисленных моментов, когда можно убедить себя, что он не зря терпит весь этот бесконечный, унизительный кошмар – все-таки, жизнь с ним хоть немного, но разнообразнее, разве не так?!

А где-то на самых задворках разума медленно оформлялась еще одна мысль, странная догадка, куда более революционная, чем все прочее, вместе взятое. Ведь очень похоже на то, что Макс с Владом-то на самом деле в этот барак идти совсем не хотят… отсюда и вся эта пикировка с понтами и пальцами веером. Чтобы скрыть страх?! Разве это само по себе уже не потрясающе?