Читаем Димитрий Самозванец полностью

— Калерия! Марина! — воскликнул Лжедимитрий, пустил Ксению и остановился, закрыв лицо руками.

Марина повелительным голосом сказала воинам:

— Оставьте несчастную и удалитесь!

Царь молчал, и воины повиновались царице. Няня бросилась в ноги Марине и воскликнула:

— Спаси нас, спаси! Бог спасет и наградит тебя за нас. Спаси царскую дочь от умысла адского!

— Государь! Я не раба твоя, но жена из вольного народа, не подвластного, но союзного тебе! В сию годину стыда твоего не хочу отягчать тебя упреками, но припоминаю долг священный супружества и благодарности. Исправь беззаконие твое, оставь в покое несчастную сироту; ей каждый взгляд твой должен напоминать бедствие ее рода: она не может тебя любить! Загладь благодеяниями и милостью преступление и возвратись на путь истинный, к сердцу твоей законной жены… Бог простит тебя!

— Нет прощения злодею! — воскликнула Калерия. — Убийца, взгляни на меня! Я не погибла в волнах Днепра. Провидение спасло меня, послав рыбака, укрывавшегося в камышах во время твоего злодеяния; но ты погубил несчастный плод твоей гнусной любви, который я носила под сердцем. Чадоубийца! Посмотри кругом: вот три жертвы твоего разврата, властолюбия и козней! Для всех нас ты изготовил одну пропасть. Но есть Бог правосудный, и ты сам низвергнешься в нее. Не думай, чтоб можно было ругаться безнаказанно клятвами и добродетелью, играть честью и священными обязанностями! Ударит час мщения, расторгнется завеса козней; идол, сооруженный злодеяниями и обманом, распадется на части, и рассеются идолопоклонники! Обманул ты людей, но не обманешь Бога! Помнишь ли, что я сказала тебе на кладбище иезуитского монастыря? Кровь за кровь!

Лицо Лжедимитрия было бледно, уста дрожали. Блуждающими взорами взглянул он на Калерию и содрогнулся.

— Оставь меня, Калерия, оставь меня и не показывайся никогда на глаза. Сделаю все, что ты хочешь, только удались… чтоб я навсегда забыл тебя!

— Нет! я неразлучна с тобою ни в сей жизни, ни в будущей! Убей меня! Вот беззащитная грудь, вот то сердце, в которое ты влил отраву! Рази, не страшись! О, ты не боишься убийства! Но ты уже убил меня; я не живу более для тебя; я обличаю тебя из-за пределов гроба и несу к тебе укор твоего детища, которому ты дал смерть прежде жизни.

Между тем Марина плакала.

— Боже мой! — сказала она, — итак, все то справедливо, что говорили мне в Кракове!

Ксения, держась за няню, дрожала всем телом. Лжедимитрий был вне себя. Кровь в нем воспылала, краска выступила на лице, и глаза засверкали.

— Прочь отсюда! — воскликнул он, обратясь к Калерии.

— Иду! — сказала она тихо, горько улыбнувшись. — Иду и увижусь с тобою в день судный! Ты уже предан анафеме; вскоре грянет гром проклятия — ты увидишь меня пред вратами ада!.. — Калерия вышла, и Лжедимитрий стоял, как окаменелый.

— Государь! Умоляю тебя, отврати от себя гнев Божий и проклятия человеков, — сказала Марина. — Не преследуй более несчастной сироты, добродетельной Ксении!

— Отпусти меня в монастырь, — сказала Ксения. — Я прощаю тебе все зло и буду молиться за тебя и за супругу твою.

— Кончено! Согласен! Выбери себе обитель, завтра же отправлю тебя.

— Да исполнится воля твоя святая, Господи! — примолвила няня, перекрестясь.

— Не угодно ли, чтоб я проводил вас до дворца, государыня? — ^ сказал Лжедимитрий Марине. В безмолвии вышли они из терема и оставили Ксению и няню в изумлении и радости.

— Молись, дитятко, молись и благодари Бога, что он избавил тебя от козней демона! — Ксения бросилась на колени перед образами, а няня стала класть земные поклоны.

* * *

Лжедимитрий, введя Марину в ее комнаты, поцеловал у нее руку и сказал:

— Ты имеешь право быть недовольною. Но забудем все и простим друг другу… Я исполнил все, чего ты желала.

— Но эта Калерия, эта несчастная! — воскликнула Марина. — Страшные клятвы ее раздаются в ушах моих…

— Я не так виновен, как она говорит. Она погибла в борьбе со мною… Она угрожала мне ножом!

— Но ты, государь, разве не презрел любви ее, разве не изменил?

— Заблуждение юности, обман страстей, — возразил Лжедимитрий. — Но кончим это. Завтра не будет в Москве Ксении, и ты должна быть спокойна. Я велю отвезти ее во Владимирский монастырь вместе с ее нянею.