Читаем Дикий волк полностью

— Скоро узнаешь, — сказала она. — Даже если ты и Дикий Волк. Видишь ли, я регрессивна. Какой-то из моих генов сохранил память о прошлом нашей расы… О, мой отец и мать были такими же Высокородными, как и все в Тронном Мире, не считая королевской линии, и Афуан никогда не выгонит меня из своего окружения. Но, с другой стороны, она почти не обращает на меня внимания. Вот и вожусь я для нее со всякими приемышами… Сейчас я привела на корабль тебя…

Она взглянула на чемоданы.

— Здесь твоя одежда и снаряжение? — спросила она.

— Я перенесу их.

В ту же секунду вещи Джима исчезли.

— Секундочку, — сказал Джим.

Она взглянула на него несколько изумленно.

— И ты не хочешь, чтобы я их сейчас убрала?

Чемоданы уже стояли у его ног.

— Да нет, — ответил Джим, — просто мне надо захватить с собой кое-что еще. Я объяснил принцессе Афуан, что мне понадобятся быки — животные, с которыми я даю представления. В городе шесть быков. Она обещала, что я смогу их взять, и велела передать тому, кто примет меня на корабле, что ее разрешение имеется.

— О, — сказала девушка задумчиво. — Нет, не надо мне рассказывать. Просто представь себе то место, где они находятся.

Джим представил быков в специальном боксе, который находился позади здания Земной Торговой Делегации, Вдруг он почувствовал себя немного странно — как будто его оголенного мозга коснулось легкое перышко. И тут же вместе с девушкой оказался перед шестью большими контейнерами, в каждом из которых покоилось замороженное тело быка.

— Хорошо, — кивнула она… и они снова очутились в другом месте.

Они стояли в гигантском помещении с металлическими стенами, возле одной из которых на одинаковом расстоянии друг от друга стояли те же контейнеры, которые мгновение назад были в боксе. Джим нахмурился. Температура на складе была довольно высокой — градусов двадцать.

— Эти животные заморожены, — сказал он, — и они должны остаться…

— О, не беспокойтесь об этом, — прервала она его и улыбнулась, как бы извиняясь за свою бестактность. — Ровным счетом ничего не изменится. Я оставила задание механизмам корабля.

И улыбнулась еще раз.

— Подойди, — предложила девушка, — протяни руку и убедись.

Джим подошел к ближайшему контейнеру. Никакого изменения температуры не было заметно, но, прикоснувшись к металлу, он неожиданно почувствовал, как его пронзил холод… Холод не мог исходить от контейнеров — они были великолепно изолированы, Джим отдернул руку.

— Понятно, — сказал он. — Хорошо. — Я не буду беспокоиться о животных.

— Вот и отлично.

В туже секунду они переместились куда-то еще… Не в полукруглую комнату, а в другую, светлую, просторную, одна стена которой казалась сделанной из стекла, а за стеной был виден пляж… полоса прибоя… и океан, расстилавшийся до горизонта. Но океан на борту звездолета не очень удивил Джима. То, что находилось в этой комнате со стеклянной стеной, удивило его гораздо больше!

Здесь находились создания природы сотен миров — от маленькой рыженькой белочки до странного, высокого, покрытого мехом зверя, явно более высокоразвитого, чем обезьяна, но еще не человека.

— Это остальные мои приемыши, — услышал он голос девушки и взглянул в ее улыбающееся лицо.

— То есть, конечно, они принадлежат Афуан, я за ними только ухаживаю. Вот, — она приласкала маленькую белочку, которая изогнулась под ее рукой, как ангорская кошка. Животные не были ни к чему привязаны, их ничто, казалось, не удерживало, но тем не менее они держались друг от друга на расстоянии.

— Вот это, — повторила девушка, — ифин.

Внезапно она замолчала и остановилась.

— Извини, Дикий Волк, — сказала она. — У тебя ведь есть имя? Как тебя зовут?

— Джеймс Кейл, — ответил он, — зови меня Джим.

— Джим, — повторила она, склонив голову и стараясь правильно выговаривать его имя. На языке Империи звук «М» звучал долго, и краткая форма от имени «Джеймс» получалась у нее более мелодичной и музыкальной, чем английская.

— А как твое имя? — спросил Джим.

Она вздрогнула и посмотрела на него удивленными глазами.

— Но ты должен звать меня Высокородной, — холодно сказала она. Но в следующее мгновение поборола себя. Ее природная доброта взяла верх.

— У меня, конечно, есть имя. И даже не одно, а много, много имен. Но, как правило, у нас одно общепринятое имя. Меня обычно зовут Ро.

— Благодарю тебя, Высокородная.

— О, ты можешь называть меня Ро… — она вдруг замолчала, как будто испугавшись своих слов, и добавила: По крайней мере, когда мы одни. Ведь ты же человек, Джим, хотя и… Дикий Волк.

— Это тебе тоже придется объяснить мне, Ро, — заметил Джим. — Почему все Высокородные называют меня Диким Волком?

Она изумленно посмотрела на него.

— Но ведь ты… Ну, конечно же, ты поэтому и не понимаешь…

Она еще раз покраснела, и Дикий Волк удивился. Такая реакция у взрослой женщины?…

— Это… не очень привлекательное имя. Оно значит… значит, что ты человек, но затерянный когда-то в лесах и воспитанный зверями и… это значит, что ты не имеешь представления о настоящем человеке.

И она покраснела еще сильнее.