Выйдя из ванной, Данила глянул на часы и заторопился. В шкафу висел один-единственный костюм, рубашка и галстук. Остальные вешалки пустовали. Надевал костюм он по особым случаям, когда встречался с важными людьми, но подобные встречи происходили редко, так что вот уж шесть лет костюм казался новым, лишь фасон устарел. Ну и что! А вдруг он ему нравился? Чудаки еще не перевелись на белом свете.

Вытащив из-за шкафа полутораметровое узкое зеркало, Данила приставил его к горке книг у стены, завязал галстук, причесался, но часы сунул в карман. Стыдился на руку надевать – командирские, память от отца осталась, с красной звездой на циферблате.

Приведя себя в порядок, парень преобразился. Теперь было понятно, почему на него клюнула барменша, несмотря на то, что с его доходами вряд ли всегда он мог расплачиваться в баре.

Оглядев себя, Данила остался доволен, задвинул зеркало за шкаф и направился к входной двери, думая о том, что пора поменять звонок. Кошки на душе скребут приятнее, чем эта гнусная сирена.

Сегодня светило солнце. Сентябрь в этом году радовал теплом и сухостью.

3

Они пили кофе с коньячком, сидя в удобных глубоких креслах, поджав под себя ноги. Вероника заходила к Тане чуть ли не каждый день. Она тоже была женой богатого бизнесмена, не работала и ничем не увлекалась. Шопинг ей быстро надоел. И не потому, что молодая красивая женщина не любила красивых вещей, а из-за лени. Машина у Вероники есть, и права ей муж купил, но водить ее она так и не научилась. Тоже было лень. Подруги жили в одном доме, только в разных подъездах. Удивительное дело, они могли трепаться часами ни о чем. Таня любила фантазировать, рассказывая о себе небылицы. Потом из этих фантазий рождались новые романы. Друг – это тот, кто умеет слушать, считала она, а Вероника умела слушать. И главное, она не считала сказки подруги враньем, видела в них только необузданное воображение талантливой рассказчицы. Ну кому сегодня надо докапываться до правды? Интересно, заразительно, цветисто – и ладно. Остальное не имеет значения.

– И эту историю Сережка раскритиковал? – с удивлением спросила Вероника, выслушав очередную сказку подруги.

Таня закурила. Пепельница уже переполнилась, а за другой идти не хотелось. Курили они много, спасал кондиционер, не то задохнулись бы.

– К содержанию он не придирается. Глупо было бы. Ему же известно, какими тиражами выходят мои книги. Его раздражает мелочевка. Чем больше врешь, тем правдоподобней это должно выглядеть. Ну почему, говорит, все отрицательные герои должны носить черную кожу и любить классическую музыку?!

– А почему нет?

– Он это называет копированием американского кино.

– Так мы на нем выросли, – пожала плечами Вероника, – у нас ассоциативное мышление. Твои описания совпадают с нашими представлениями. А где мы их черпали?

– В том-то все и дело, Ника. Я не веду репортаж с места происшествия, стоя в луже крови. Меня передергивает от этих ужасов. Телевизор невозможно включить, сплошные страсти-мордасти. Люди устали от этого, им нужен отдых, расслабление. Повитать в облаках и хоть на время забыться. Жизнь превратилась в сплошную чернуху.

– Сережа мстит. Он это видит каждый день, а потому лишен фантазии. Правдоруб.

Таня улыбнулась.

– Бывший мент. Он свое хапнул и вовремя ретировался. Теперь в частной конторе главный консультант по вопросам безопасности. Избавляет олигархов от преждевременного попадания на кладбище. Ему платят хорошие деньги, но отнимают все время. Я уже не помню, когда он ночевал дома.

– Я тоже своего муженька вижу не каждый день. Мой Боренька постоянно в командировках. Знаю я эти командировки. Одна из них – блондинка, другая – рыжая. Дальше считать не стала.

– И тебе все равно?

– Я знаю себе цену, Танюша. Хочешь жить с олигархом – готовь пути отхода. Мне уже тридцать, года через три уйду в отставку. Надо успеть сколотить состояние. При разводе нашему брату бонусов не причитается. Вышвырнут на улицу с голой задницей. Пока его бдительность спит, я включила насос и качаю из его источников денежки. Нет, не хапаю, соблюдаю все меры предосторожности.

Кофе уже остыл. Таня разлила коньяк в рюмки.

– А если засветишься?

Ника пожала плечами.

– Сапер ошибается только один раз.

– Постой, Ника. Если ты знаешь о его источниках и смогла сделать «врезку в его нефтепровод», можешь собрать на него компромат. Я не верю в честные заработки. Имея досье на мужа, будешь держать его на крючке.

Ника выпила коньяк и рассмеялась.

– Хороший ход. А еще лучше передать материалы тебе. Ты, Тата, напишешь на их основе документальный разоблачительный детектив. Уверяю, бомба получится сверхмощной.

– Классная идея!

Ника отмахнулась.

– Нет, подружка. Из нас с тобой не получится роковых женщин. Мы слишком ленивы. Тут нужны особое качество крови, изворотливые мозги и искусство, которому невозможно научиться. Нет таланта – не лезь.