Читаем Дикий белок полностью

— Лучше поставить немного иначе, — вмешался Влодек. — Сделаем тут такой клюв, и Каролеку будет куда деться. В случае, если кабан на тебя кинется, просто поверху перескочишь…

— Пусть кто-нибудь замаскирует яму, — распорядился главный инженер.

Ловушку подкорректировали, снаряжение собрали и привели в порядок. Из сваленной в стороне кучи барахла Януш вытащил и гордо показал остальным настоящую карпатскую чупагу, такой топорик на длинной рукояти. Топорище у чупаги было очень длинное, кроме того, это не была какая-нибудь подделка из магазина сувениров, а самая настоящая антикварная вещь со стальным топориком с одной стороны и таким же стальным шипом с другой. Свеженаточенный топорик зловеще сверкал в лучах заходящего солнца. Януш взмахнул — аж просвистело в воздухе.

— Пожалуйста! Этим башку можно разнести за милую душу!

— Не вздумай бить по башке, — предупредил Стефан. — У кабана череп как камень, от него и пули отскакивают. Бей куда-нибудь в другое место.

— Куда например?

— Ума не приложу. Резать-то я знаю куда: под лопатку, а вот куда бить — не знаю. Может, удастся перебить ему позвоночник… Хотя, с другой стороны, кабан — это же разновидность свиньи, правильно? А свинью оглушают.

— Так в чем дело? Кабана, стало быть, тоже можно оглушить?

— Получается, надо бить сзади по башке. Понимаешь, спереди у него лоб твёрдый, свинью тоже оглушают как бы сзади. Я пару раз присутствовал при убое и собираюсь попробовать обухом топора. Но мой топор тяжелее, а твоя чупага слишком лёгкая.

Януш взвесил чупагу в руке и с невольным уважением посмотрел на внушительный топор Стефана. Одного вида этого топора казалось достаточно, чтобы уже почувствовать себя слегка оглушённым. Пусть кабаны не столь впечатлительны, но должно ведь и у них что-то дрогнуть в душе…

Влодек возле ямы нетерпеливо звал Каролека, требуя помощи в маскировке. Смачный запах приманки смешивался с запахами лугов и полей, безоговорочно побеждая их. Лесь наматывал свой шнур на длинную суковатую жердь, оставляя на конце петлю в виде висящего полукруга. Он делал это в стороне, потому что жердь требовала простора. Из-за своей длины она за все цеплялась, а из-за тяжести не могла как следует маневрировать. Единственное, что Лесь мог с ней сделать — это поднять над землёй и с невероятными усилиями несколько секунд подержать. Он тем не менее считал, что этих секунд должно хватить.

Главный инженер вделал шпагу Каролека во что-то, претендующее на роль подходящей рукояти. Деревяшка была длинная, твёрдая и солидная — главный инженер старательно выбрал её из принесённой из леса кучи. Януш и Стефан с помощью Барбары заканчивали укрепление всех сетей.

Влодек с Каролеком возились над ямой. Они замаскировали её, воткнули опознавательный знак в виде двух палочек, после чего Влодек дал выход своим сомнениям.

— Бессмысленно, — сказал он раздражённо, — одна яма, курам на смех! А яма лучше всего, потому что все другие виды охоты все-таки опасны. То есть, я хотел сказать, ненадёжны. Драпанут от нас кабаны, как пить дать драпанут! И попомни моё слово — драпанут они во-он туда! И там должна быть вторая яма.

Каролек охотно и не задумываясь с ним согласился:

— Ну давай, что нам стоит, в конце концов, выкопать ещё одну яму? Пока они там возятся, мы пять раз управимся. Мне тоже кажется, что убегать они будут в ту сторону.

Заходящее солнце пропало за лесом, когда подготовка была окончательно завершена. Вырыли вторую яму, точно на прямой линии между двумя отдалёнными стогами. Она напоминала могилу с вогнутыми стенами и была обозначена четырьмя палочками. Возбуждённая компания наскоро поужинала, заодно решив вопрос безопасного места для Барбары. Большого выбора не было.

— Ты залезешь на стог! — распорядился главный инженер. — Мы тебе поможем.

— Ты с ума сошёл! — возмутилась Барбара.

— Наоборот. То есть я наверняка сбрендил, раз дал себя втравить в этот сумасшедший спектакль. Тем более это плохо кончится, гарантирую. Но какие-то остатки серого вещества у меня в голове ещё есть, потому я меньше боюсь за себя со штыком или за Каролека со шпагой, чем за тебя без ничего. Или ты влезешь на стог, или охоты не будет!

Коллектив поддержал его мнение с невиданным единодушием, и Барбаре пришлось подчиниться. Из трех стогов речь могла идти только об одном, с плоским верхом, где можно было кое-как разместиться и не сразу съехать вниз.

— У тебя оттуда будет шикарный обзор, — заметил Януш, этим аргументом сломив остатки её сопротивления. — И лезь сейчас же — уже пора занимать места.

Приглушённые до сих пор эмоции взорвались, словно фейерверк. Внешне безупречно хладнокровные и владеющие собой на все сто охотники сумели поопрокидывать все термосы, потерять от них крышки и влезть ботинками в остатки бутербродов. Кто-то с треском раздавил пластмассовый стаканчик. Идеи и решения приобрели несколько нервический характер.

— Только не все кучей, а то они нас почуют! — шипел Стефан предостерегающим шёпотом. — Разделимся! Каждый на свой пост!

— Я туда! — предупредил Лесь, показывая на стог, предназначенный для Барбары.