Читаем Дикарь полностью

Невысокий сводчатый коридор, метра два шириной и столько же высотой. Моя дыра очень удачно расположилась на самом повороте, ближе к внешней стене, так что, будь щель на пару десятков сантиметров дальше от стены пещеры, я бы никогда сюда не попал. Оставив веревку болтаться на месте, я отправился вперед по коридору. Оказывается, что под нашим лагерем и поселением, которое раскапывала экспедиция профессора, расположился целый подземный город со своими улицами, площадями, домами, храмами и еще черт знает чем. И совсем неважно, что все это было вырублено в сплошном камне и им же потом обложено. Находок было море! Правда все они не представляли абсолютно никакой ценности, разве что только историческую, но Содружеству все эти глиняные чашки, миски и кувшины без надобности. В Содружестве признают только один вид артефактов — высокотехнологичные, изготовить или повторить которые не могут, ну, может быть, еще поделки древних ремесленников и мастеров, да и то признают за ними только художественную, а не научную, ценность. История жизни и развития диких рас Содружество не интересует. Найди я нечто подобное на земле, то славой затмил бы и Шлимана, и Картера, и Лэйярда, и многих, и многих других, а после реализации даже десятой части находок смог бы поспорить капиталом с арабскими шейхами.

Я никогда не держал в руках и не видел своими глазами мрамор, но ничего другого мне на ум не приходит, именно мраморные статуи людей, животных и целые композиции, завораживающие своей красотой и изяществом барельефы, сотни и тысячи мечей, топоров, алебард, шестоперов и прочего рубяще-режущего и дробяще-раскалывающего, прекрасно сохранившиеся картины и гобелены, мозаики и фрески и конечно же сотни, если не тонны, самых разных ювелирных украшений и просто «презренного» металла в виде монет и слитков и… нигде ни одного скелета или тела, мумии или иных останков.

Целую декаду я бродил по подземному городу, благо, что с водой и едой у меня проблем не было, пайки много места не занимают, да и весят всего ничего, а простая туристическая фляга литра полтора объемом, купленная мной за десять кредитов, исправно снабжает меня водой, как-то абсорбируя ее из сухого воздуха. В общем, на десятый день я все же выбрался назад в пещеру, захватив с собой только пару особо понравившихся мне безделушек, да узкий меч, только в качестве сувениров. В пещере я как мог постарался скрыть следы своей «работы», нет, не из страха, что кто-то другой найдет подземный город, а просто, чтобы максимально сохранить то, что могло испортиться из-за того, что воздух с поверхности проникнет вниз.

Из пещеры я вылез уже глубокой ночью и замер на выходе. Чистое ночное небо и миллиарды сияющих звезд. Звезд, которые я не видел уже несколько месяцев с самого начала сезона дождей. Незабываемое и непередаваемое зрелище. Вот только привлекло меня не оно, а всего одна звезда, яркая, огромная, и сияющая там, где ее просто физически быть не могло, потому как горела она на фоне гор и явно ниже их вершин…

Конечно, не спорю, глупо просто стоять и пялиться на звезды, точнее, всего на одну. Но я ведь не просто так стоял, я пытался найти объяснение этому феномену, хотя… Зачем обманывать самого себя? Не объяснение я искал, совсем не его, я искал отмазку, причину, по которой меня это не касается. И опять вру! Меня это и так не касается! В общем, я придумывал сам для себя отговорки и пытался объяснить появление этой звезды. Чего я только не говорил, и что там, где светит звезда, находится глубокое ущелье, поэтому она и так низко, и что раньше я ее не замечал, потому что на планете стоял другой сезон и она находилась ниже уровня горизонта, и что и не звезда это вовсе, а просто в чем-то отражается свет. Потом начал убеждать себя, что звезда располагается очень далеко и мне, при всем желании, до нее не добраться, что горы непроходимы и так далее и тому подобное. Вот только в душе-то я прекрасно знаю, что идти мне до этого феномена пять-шесть дней, а скорее всего меньше, дорога-то уже известна, да и не звезда это вовсе, и не отраженный свет… Это — Крепость, та самая Крепость, так поразившая меня своим величием и несуразностью.