Читаем Дикая война полностью

— А это тут при каких делах? — не понял Мишка.

— Ох, сынок, и дикий же ты у меня. Одно слово, таёжник, — рассмеялась тётка. — Да тут любому с одного взгляда ясно станет, что такие гостинцы просто так не делают. С дальним прицелом всё, — пояснила она.

— Это ты про то, чтобы меня женить? — на всякий случай уточнил Мишка.

— Догадался, — лукаво рассмеялась тётка.

— Да уж понял, что не отвертеться, — обречённо вздохнул парень. — Ладно, мама Глаша. Пойду я спать. Набегался сегодня, — зевнул он и, не дожидаясь её ответа, отправился к себе.

Утром, едва успев умыться и позавтракать, Мишка увидел в окно подкатившую к воротам машину и, скривившись, мрачно вздохнул:

— Вот только её тут и не хватало для полноты счастья.

Графиня, а это была её машина, попыталась войти в калитку, но щенок, уже успевший понять, что это теперь его территория, встретил странную гостью отчаянным, ещё визгливым лаем. Удивлённо рассматривая этого охранника, графиня дождалась, когда Мишка выйдет на крыльцо, и, не здороваясь, спросила:

— А что, на серьёзную собаку денег не нашлось?

— А кто сказал, что Буян не серьёзный? — усмехнулся Мишка. — Вот подрастёт, и тогда уж всем достанется.

— Откуда такая уверенность? — удивилась гостья, поднимаясь на крыльцо.

— У него в предках волк есть. По окрасу и стати сразу видно, — пожал парень плечами.

Откуда он это знает, Мишка и сам не понял, но, прислушавшись к себе, вдруг понял, что уверен в своих словах.

— А я слышала, что собаки, которые с волком смешаны, лаять не умеют, — нашлась графиня.

— Это если первый помёт. А если потом снова все собаки, то лают.

Поведя гостью в большую комнату, он велел тётке подогреть самовар и, усевшись напротив графини, проворчал:

— Я уж думал, вы уехали или где на заимке веселитесь.

— А тебе этого бы и хотелось, — злорадно отозвалась женщина. — Нет, Михаил. Мне в проводники нужен лучший. А это ты. И это не я так сказала. Это все твои соседи в один голос твердят. Так что не отвертишься.

— Так нет смысла вам на мою заимку ехать, — вздохнул парень, делая ещё одну попытку отмазаться от чести тащить её с собой на заимку. — Нет там горностая. Не водится.

— Я помню, — кивнула графиня. — Да, по совести сказать, и хрен с ним.

При этих словах Мишка чуть с табурета не свалился. Дворянка, богачка, образованная женщина, и такие высказывания!

— Мне от всей этой своры убежать хочется, — понизив голос, улыбнулась графиня, заметив его реакцию. — Можешь не верить. Но устала от всего. Так устала, что видеть их всех не могу.

— Это вы, простите, про кого? — насторожился парень.

— Про всех. Про дворян, которые только и могут, что кичиться непонятно чем, про чиновников, которые, едва фамилию услышав, угождать бегут. Про сплетников великосветских, которые языки уже до дыр стёрли, кости мне перемывая. Тишины хочу. Покоя. Я большие деньги заплачу, Миша. Только увези меня отсюда, — вздрогнув, попросила она.

«Что ж у тебя такого случилось, что ты сама от себя бегаешь?» — подумал Мишка, удивлённо рассматривая женщину.

Но лезть в душу не стал. Захочет, сама расскажет. Не захочет, и не надо. Своих проблем хватает.

— Там места только на двоих, — помолчав, напомнил он. — Слуг не будет. Комфорта тем более. И ещё. Ко мне часто ханты в гости заходят. Обидите их, мне врагом станете.

— Я ничего говорить не стану, — улыбнулась графиня. — Там всё сам увидишь. И поверь. Мои рассказы про охоту по всему миру — это не сказки и не пустая бравада. Это все правда. От первого до последнего слова. Ты хоть представляешь, что такое на льва охотиться? А на леопарда?

— У нас таких зверей не водится. Нам своих хватает, — хмыкнул Мишка, тыча пальцем себе за спину.

— Этого быть не может! — охнула графиня, рассмотрев то, на что он указывал. — Откуда?

— В предгорьях взял. Ханты вывели. Хромой он. Сами посмотрите. Задняя правая лапа, — подсказал Мишка.

— Да, вижу, — кивнула она, осмотрев шкуру.

— Но это всё не главное, — снова вернулся Мишка к делу. — Главное то, что кофе в постель вам там никто подавать не станет. Да там и постели-то нет.

— Миша, — повернулась к нему графиня. — Не пугай. Всё равно не отстану. Лучше назови цену.

Убедившись, что избавиться от этой лихоманки не получится, парень принялся лихорадочно искать такие цифры, чтобы раз и навсегда отвадить её от мысли ехать с ним. Но графиня, словно угадав, что он задумал, сделала свой ход.

— Мне сказали, что с полиции ты по пять рублей ассигнациями за сутки потребовал. Верно?

— Верно, — скривился Мишка.

— Плачу по десять, — отрезала она. — И вообще. До Рождества тут осталось всего полтора месяца. Но это не срок. Так что даю шестьсот рублей за всё, и закроем этот вопрос, — с этими словами она выложила на стол пачку ассигнаций, перевязанную бечёвкой, которую достала из сумочки крокодиловой кожи. — Продукты, боеприпас и топливо для твоей машины за мой счёт.

— Только в два конца. Туда и обратно, — сделал последнюю попытку парень.

— Согласна, — кивнула графиня и, улыбнувшись, протянула ему ладошку. — Уговор? Всё одно не отстану.

— Уговор, — обречённо вздохнул Мишка, осторожно хлопнув по её руке своей лапой.

* * *