Читаем Дикая война полностью

Тяжело поднявшись, он запер кабинет и, спустившись вниз, приказал дежурному вызвать кучера с пролёткой. Спустя четверть часа, дежурный бодро доложил, что пролётка у входа, и толстяк, развернувшись, широким шагом направился к выходу. Мишка, выскочив следом за ним, успел запрыгнуть в пролётку, и кучер, вдохновлённый начальственным рыком, щёлкнул кнутом. Соловая кобылка взяла бодрой рысью, и пролётка покатила к выезду из посёлка.

Два часа пути, и они вкатились в большую станицу. Жили казаки широко. Осматриваясь, Мишка машинально отмечал про себя и широкие подворья, и крепкие, добротные строения, и обилие разной живности во дворах. Пролётка остановилась у резной калитки, за которой виднелся большой дом, крытый черепицей.

— Атамана дом, — коротко пояснил урядник, тяжело выбираясь из пролётки.

Постучав в ворота, он окликнул кого-то по имени, и калитка распахнулась, выпустив мужчину среднего роста, с окладистой русой бородой и широченными плечами. Окинув гостей внимательным взглядом серых глаз, атаман поздоровался с толстяком и вопросительно покосился на Мишку.

— Оружейный мастер мой. Михаил. И первый охотник в деревне, — представил его урядник. — По делу мы к тебе, Сергий Поликарпович.

— Да знаю я ваше дело, — чуть покривился атаман. — Ты же знаешь, Николай Аристархович, приказ у нас, аж из самой столицы.

— В приказе сказано границы не пересекать. А кто сказал, что вы её пересекли? И где она есть, та граница? — с ехидной усмешкой вступил в разговор Мишка.

— Так-то оно так. Да только всё одно шуму много будет, — понимающе кивнул атаман.

— Ну, это если доклады писать. А ежели тихо всё сделать, малым числом, то и знать никто не будет. Да и незачем обо всём кому-то знать.

— Малым числом — это сколько? — заинтересовался казак.

— Десяток. Больше для такого дела и не нужно.

— Слышал я про тебя, парень, — задумчиво протянул атаман. — А правду говорят, что ты сам себе маслобойку механическую собрал?

— Правду, — кивнул Мишка, уже разглядевший на груди казака староверский крест и не удивлявшийся, что он гостей на пороге держит. — Да только после того похода вы и сами себе такую в мастерских заказать сможете. Дело там нехитрое. Может, на постоялый двор пройдём да там поговорим?

В том, что такой тут есть, он даже не сомневался. Атаман окинул его заинтересованным взглядом и, кивнув, жестом указал на дорогу. Они зашагали вдоль по улице, и казак, неожиданно ткнув пальцем под левую руку парня, тихо спросил:

— А чего оружие прячешь?

— Годов ещё нет, чтобы открыто носить, — скривился Мишка. — Вон, дядя Николай подарил, а носить приходится скрытно. Да и удобнее так. Кто не знает, иногда сильно удивляется, — добавил Мишка с хищной усмешкой.

— Ловок, — одобрительно усмехнулся казак. — Говорят, ты стреляешь ловко. Верно то?

— Стараюсь.

— И в механике силён. Тоже верно? — не унимался атаман.

— Вы меня словно сватать собрались, Сергий Поликарпович, — рассмеялся Мишка.

— Кто знает, как оно сложится, — усмехнулся в ответ атаман.

— Так я ж не старовер. Да и не казак, — аккуратно напомнил Мишка.

— То не страшно. Главное, в Господа веруешь и закон Божий блюдёшь, а остальное наживётся, — пространно отозвался казак.

«Ну, если вспомнить, что казаки — это изначально разные беглые от закона головорезы, то такое отношение вполне объяснимо», — успел подумать Мишка, входя следом за урядником на крыльцо широкого одноэтажного здания.

— Сбитня и заедков разных, — скомандовал атаман подскочившему к их столу разбитному пареньку.

— Мне квасу, — быстро добавил Мишка. — Не люблю хмельного, — ответил он на невысказанный казаком вопрос. — Если только пива после бани. Да и не до веселья сейчас. Разговор у нас серьёзный.

— Добро, — кивнул казак, в глазах которого промелькнуло одобрение.

Они дождались подачи заказа и ополовинили кружки. Атаман, бросив в рот тонкий пласт вяленой оленины, не спеша прожевал и, запив его ещё одни глотком сбитня, тихо спросил:

— Так что предлагаешь?

— А может, это не я, а дядя Николай предлагает? — не удержался от лёгкого озорства Мишка.

— Николай он в своём огороде мастер. А что до таких дел, тут он не тянет, — отмахнулся казак. — Мы с ним давно знакомы, так что если кто и хочет чего предложить, так это ты. А он так. Только чтобы нас свести.

Мишка осторожно покосился на молча жевавшего урядника. Приметив его взгляд, тот кивнул, не отрываясь от кружки. Потом, расправив усы, негромко прогудел:

— Ты, Миша, по делу говори. Моё дело тут маленькое. Я ему не указ, но ежели сумеешь завлечь, то сладится. Его слову можно верить.

— Ну, раз так… — пожал парень плечами. — Все, в общем-то, просто. Идём к тому месту, где старателей побили. Я след беру и веду людей до их деревни. Там тихо всех вырезаем, а всё, что найдём, наша добыча.

— Всех? — уточнил атаман с непонятной интонацией. — А как же бабы да дети малые? В деревнях хунхузов их хватает.

— Всех, — сжав кулаки, твёрдо ответил Мишка. — Или вам напомнить, что они с нашими детьми делают? Так я могу. Сам из-за них сиротой стал. Мать с сестрёнкой маленькой одной пулей положили, когда через огород бежала.