Читаем Дикая война полностью

— Так мне не красота, мне тепло внутри нужно, — задумался Мишка.

— Вот я его тебе и сделаю, — усмехнулся мастер.

— А чем? Вы меня поймите правильно, вопрос-то не праздный. Ежели сеном или опилками, так за лето там мыши гнездо устроят.

— Войлоком, что на валенки идёт, обобью. Точнее, на смолу посажу. И мыши не заведутся, и тепло будет.

— Это где ж у нас столько войлока делают? — насторожился Мишка, которому этот вопрос тоже был интересен.

— Есть у меня купец знакомый. Давно приятельствуем. Вот он и возит, — туманно пояснил мастер. — А тебе что до того? Или нужно чего?

— А у вас-то он куда идёт? — вдруг озадачился Мишка.

— Так на катерах и баржах каюты им утепляем. Купцы до поздней осени по реке ходят, вот и просят каюты обивать. Осенью на реке, сам знаешь, простыть запросто можно.

— Это верно. А обрезков у вас много остаётся? — осторожно поинтересовался парень.

— Этого добра… — мастер, скривившись, отмахнулся.

— И вам он никуда не идёт?

— Нет. Да что такое-то?

— Отдайте, — неожиданно потребовал Мишка.

— Что, весь?! — охнул мастер.

— Весь.

— Да забирай. Вот станешь корпус увозить, велю тебе в него все обрезки сложить, — удивлённо махнул мастер рукой.

— Вот и слава богу, — обрадованно кивнул парень, протягивая ему ладонь.

* * *

Рёв мотора заставил Глафиру испуганно присесть и перекреститься. За последнее время она повидала всякое, но чтобы из собственного сарая самоходом вылезло странное чудовище на лыжах, да ещё и со странной штукой на заднице, такого не бывало. Но разглядев довольную физиономию племянника, выглядывавшего из этой штуки, Глафира немного успокоилась и принялась внимательно рассматривать странную штуку, которой и занимался столько времени Мишка.

Парень скинул обороты мотора и потянул за рычаг перекрытия подачи топлива. Чихнув пару раз, мотор заглох, и Мишка, выбравшись из машины, радостно объявил:

— Работает, мама Глаша. Работает!

— Ещё б у тебя не работало. Ты пока это собирал, мат такой стоял, думала, в огороде все посадки пожухнут, — ехидно отозвалась женщина.

— Ну, бывало, — смутился Мишка. — Механика — дело такое. С первого раза не всегда получается.

— И чего ты с ней делать теперь будешь? — уточнила тётка, осторожно подходя поближе.

— Как что?! — возмутился парень, но потом, вспомнив, что с санями инженера она его не видела, принялся пояснять: — Это, мама Глаша, называется аэросани. На них по снегу ездить надо. Так что, как снег выпадет, я на них на заимку уеду.

— Погоди. Так это ты на той тарахтелке, что инженер собрал, по реке прошлой зимой носился? — сообразила тётка.

— Я, — рассмеялся Мишка. — Только у него машина попроще будет.

— Неужто сообразил, как настоящего инженера переплюнуть? — не поверила Глафира.

— Угадала, — рассмеялся парень. — Всё. Сейчас затолкаю машину обратно, и обедать пойдём.

— А он у тебя её не отберёт? — вдруг спросила тётка.

— Ещё чего, — фыркнул Мишка. — Свои сани он сам собирал. А эти я без него делал. Это любой мастер в депо подтвердит. А начнёт ерепениться, так быстро управу на него найду.

Мишка только успел закрыть ворота сарая, как у калитки словно из-под земли появился урядник. Увидев знакомую фигуру, парень тихо велел тётке поставить ещё одну тарелку и разжечь самовар, а сам отправился встречать нежданного гостя. С улыбкой поздоровавшись с толстяком, парень пошире распахнул калитку и, принимая у него фуражку, негромко спросил:

— Случилось чего, дядя Николай?

— Тихо всё, слава богу, — покачал толстяк головой. — Но поговорить мне с тобой надо.

— Проходите в дом, дядя Николай, пообедаем, чем бог послал, заодно и побеседуем.

Кивнув, урядник не спеша проследовал в избу и, перекрестившись на образа, вежливо поздоровался с суетящейся Глафирой. Присев к столу, он с благодарным кивком принял тарелку щей и, прихватив кусок хлеба, с явным удовольствием принялся за еду. Глядя на него, Мишка ощутил, что крепко проголодался, и с ходу принялся отдавать должное тёткиной стряпне. После щей Глафира выставила перед гостем тарелку с жареной рыбой.

— Ух, — выдохнул урядник, отдуваясь и отодвигая тарелку. — Благодарствую, Глафира Тихоновна. От души. Вкусно ты готовишь. А моя чего-то совсем разленилась. Даже пирога от неё не дождёшься.

— Так это она о вас беспокоится, — осторожно подсказал Мишка.

— Это как так? — не понял урядник. — Заботится, а готовит так, что есть неохота?

— Так в том-то и дело. Помните, я вам советовал к доктору сходить? Из-за веса.

— Было такое, — смущённо кивнул толстяк.

— Вот, видать, она и решила, если невкусно готовить, то и есть вы меньше станете, и вес сбросите.

— Вот ведь лиса, — растерянно покрутил головой урядник. — Добро, хоть знать буду.

Мишка быстро принёс с крыльца самовар и, заварив свежий чай, принялся расставлять на столе чашки. Глафира, забрав свою чашку и пару пряников, ускользнула в свой закуток, а парень, разливая чай, тихо спросил:

— Так что за беда опять, дядя Николай?

— Спросить хочу, Миша. Ты за свою машину сколько денег отдал?

— Половину от того, что при вас получил, — еле слышно ответил парень, глазами указывая тёткин закуток.

— Дорого, — вздохнул урядник, кивнув.